Легенды Изначальной Империи 3. Разная доля нас ожидает

Легенды Изначальной Империи 3. Глава 1

Легенды Изначальной Империи 3. Глава 1

 

У каждого есть в этом мире роль,

Играя, все мы ищем вдохновения.

Сегодня — пешка, завтра ты — король,

Конец игре — опять уйдешь в забвение.

 

Ты можешь снова партию начать,

Рискнуть судьбой, поставив все на карту.

Свободу, место в жизни потерять,

Себя доверив ветреному фарту.

 

Но, сделав ход, возможно куш сорвешь —

Своей мечты заветной исполнение.

А не рискуя, никогда не обретешь

Свободу самому менять решения. *

 

 

 

 

 

 

Глава 1

Шаги по лезвию

 

Я стояла напротив высоких кованых дверей и всматривалась в уже почти привычную Тьму за ними. Мои наивные надежды, что основные сложности закончатся на Испытании, были разрушены на следующий же день после того, как я проснулась, обессиленная, опустошенная на смятой постели. Было странно ощущать себя настолько слабой после ритуала, который сделал меня одним из самых сильных магов в Изначальном.

Меня разбудил сосредоточенный Ярр новостью, что сейчас ожидается последний этап — представление двору новой Наследницы. Император требует, чтобы это произошло уже сегодня.

К чему такая поспешность, было непонятно никому, но дурное предчувствие не отпускало.

И вот сейчас я босиком стояла на обжигающе холодном полу, и уже несколько секунд медлила перед дверью в Коридор Стихий. На той стороне — тронный зал. Император почему-то потребовал соблюдения совсем уж древних традиций, потому я была босая, в простом белом платье и с распущенными волосами, которые прижимал только венец Наследницы.

Наконец, я решительно выдохнула, толкнула прохладный металл створок и смело сделала шаг в безбрежную Тьму Коридора.

Как только они с тихим стуком захлопнулись за моей спиной, помещение начало постепенно светлеть, наполняясь странным мерцающим светом. Метров на двадцать вперед. Интересно, что ожидает тут?

Медленно пошла вперед, прислушиваясь к своим тихим шагам и стараясь не ежиться от пронзительного ветра, от которого меня не защищало легкое платье.

Ответом на недавние мысли стала вспышка лилового цвета, на миг озарившая участок коридора. Камень впитал cияние, и только теперь я увидела фигуру в темном балахоне, с маской, на которой были нарисованы перья диковинной яркой птицы. Искусник медленно приблизился и поклонился со словами:

— Приветствую мою госпожу и повелительницу, даю клятву служить и повиноваться всем её приказам, если они не противоречат указаниям Стихий, в обмен на защиту и покровительство Наследницы.

— Принимаю, — ошеломленно выдохнула.

Хранитель скинул капюшон, снял маску, улыбнулся и, взяв мою безвольную руку, коснулся поцелуем немного замерзших пальцев.

Коридор вспыхнул почти ослепительно, и мне на миг почудился отзвук смеха. Очень знакомого смеха. Иссо.

Мидьяр выпрямился, и я вздрогнула, увидев, как синеву взгляда Хранителя затапливает радужное сияние, что означало, что говорю я уже с его покровителем. Тонкие губы скривила усмешка, и Грёзы хмыкнул:

— А я первый… Моя стихия – это, в первую очередь, чувства и эмоции, принцесса. То есть, ты руководствуешься в первую очередь ими. Интересно, что же будет дальше…

Я склонила голову и с некоторой издевкой поприветствовала:

— Великий Грёзы, счастлива вас снова видеть.

— Обманывать нехорошо, — спокойно отозвался Стихия, отступая мне за спину. — Но не волнуйся, я уже ухожу. Но мы ещё встретимся…

Немного помедлив, я двинулась дальше, пока не остановилась, ослепленная вспышкой Света.

Когда мрамор впитал его, став ослепительно белоснежным, ко мне шагнула невысокая Хранительница, которая тоже поклонилась и мелодично произнесла те же слова клятвы, которые я не так давно слышала от Ярра.

Правда, когда девушка сняла маску и тоже попыталась поцеловать мне руку, я шарахнулась в сторону, но Ро улыбнулась и полушепотом сказала:

— Это ритуал, не порть торжественный момент. Мы ведь теперь твои вассалы.

— Но почему сейчас?! Ведь вы подчинены только правителю.

— Нет, — покачала головой фейри. — Мы слуги вошедшего в полную силу Проводника. И лицо открываем только ему, — она подмигнула. — Ну, или тем, кому доверяем.

Я несколько секунд пристально смотрела на хрупкую Княгиню, державшую в тонких пальцах маску, потом шагнула вперед и крепко обняла, уже спустя миг почувствовав и её руки на своей спине.

— Друзей не унижаю.

Момент разрушил неисправимый Ярр, который громким шепотом спросил:

— А меня можно было, да?!

Тихо рассмеялась, отпустила Ровену и подошла к Мидьяру, которого тоже обняла, с удовольствием вдохнув приятный аромат миндаля и корицы.

— Я просто опешила, — со смешком призналась, отстраняясь.

— Мы знаем, — проказливо подмигнул Искусник, я с неожиданной догадкой всмотрелась в его глаза и уловила радужный отблеск, который стал ярче, и Хранитель продолжил. — Да, ему тоже было приятно!

Что я могла на это ответить? Только окинуть надменным взглядом, развернуться и пойти дальше, но уже с эскортом из двух Хранителей.

После Света коридор озарило сияние серо-стального оттенка, и я с улыбкой приветствовала Асгарда, на которого, конечно, с объятиями кидаться не стала, но от целования ручек после клятвы постаралась мужчину удержать.

Сталь внезапно как-то очень светло и искренне улыбнулся, и проговорил фразу, повергшую меня почти в шок:

— Леди, это доставит мне удовольствие.

Пока я отходила, мужчина уже успел приложиться к пальчикам и отошел ко мне за спину.

— Аля, он тоже бывает разный, — хихикнула фейри за спиной. — Не думаешь же ты, что мы смогли бы сдружиться, если бы были совсем уж далеки друг от друга?

— Но у моего народа период привыкания к другому человеку гораздо более длительный, чем у фейри и ленерийцев, — пояснил Ас. — Да и на одних только личных взаимоотношениях это не основано. Должна быть ещё связь, более прочная, чем просто эмоциональная.

— А теперь она есть, — вздохнула я.

— Да, моя госпожа, — с иронией ответил Сталь.

Я только покачала головой и сдержала улыбку, идя дальше по коридору. Его совсем скоро затопила Тьма, и её делали не такой непроглядной только отблески белого, стального и лилового света за спиной, которые источал камень, впитавший силу Стихий.

Аэрлис не заставил себя ждать, соткавшись из черноты силы.

И снова Корридор услышал клятву Хранителя Наследнице.

Каждый следующий шаг отзывался ёканьем сердца, потому что я… боялась. Я знала, что ОН тоже тут. Не может не быть, ведь позади уже четыре стихии, четыре Хранителя, и все знакомые, то есть, совсем скоро Корридор озарит голубое сияние водной стихии. Я этого отчаянно боялась и не хотела. Не забыто, не прощено, не отболело. Я к нему неравнодушна. И.. я все ещё помню то, что видела в Храме. Нас. Нашего сына.

С шага помогали не сбиться только другие воспоминания. О других детях и другом мужчине.

Но все равно, когда камень вспыхнул зеленью Земли, я испытала облегчение.

— Здравствуйте, госпожа, — шагнул ко мне Хранитель и, сняв маску, открывшую худое лицо с непривычной черной кожей, представился. — Дараган, Хранитель Земли.

И снова клятва. И снова шаги по коридору.

Пол, холодящий ноги, холодный воздух, насквозь пронизывающий платье.

Золотисто-оранжевая вспышка, и мужчина с весьма необычной внешностью. Рогатый, краснокожий и вообще, весьма своеобразный. Туриган, Хранитель Огня.

Теперь Коридор искрится всеми оттенками лазури и морской волны, словно все никак не может определиться. Хранитель Ветра, Тарришан. Импозантный дроу тоже приносит свою клятву.

Всего несколько десятков шагов, и сердце уже в пятках, потому что на отсрочку рассчитывать просто глупо.

Голубой цвет самой прозрачной воды, высокий мужчина, от взгляда которого все внутри как ласковой водой омывает… чтобы в следующую же секунду застыть ледяной изморозью.

Клятва, которую я почти не слушаю, он снимает маску, открывая серьезное лицо с неожиданно теплыми глазами, и застывшей в них… безнадежностью.

Странный ты, Лир…

Вздрогнув от прикосновения неожиданно горячих губ к внутренней стороне запястья, я взяла себя в руки, приняла клятву и, выдернув руку из его ладони, не оборачиваясь, пошла к уже виднеющимся впереди дверям, не сомневаясь, что вассалы последуют за мной.

Всесильные Хранители, которые только что поклялись в верности босоногой простоволосой девчонке.

Все же судьба любит шутки.

Очень любит.

В тронный зал я вошла с высоко поднятой головой.

Золотой зал был помпезен, шикарен и полон придворных. Разряженых, красивых, увешаных драгоценностями и заклинаниями, корректирующими внешность. Собственно, именно поэтому, в основном, и красивыми. Я усмехнулась, не сдержав иронии. Да, сила растет, видеть стала больше.

Правда, Лилит Пламенеющая оказалась прекрасна и без таких хитростей. Фаворитка отца все так же стояла за его троном.

Евгран Пламенеющий был немного в стороне и, если бы я не искала его взглядом, то вряд ли так сразу заметила. Поймав малахитовый взор, только усилием воли не позволила радостной улыбке расползтись по губам. Тронный зал не место, Аля, не место.

Вот только… в зеленых глазах моего солнца было такое странное напряжение и… предвкушение. Я осторожно оглядела остальной двор и поняла, что эти эмоции сейчас тут превалируют. Даже Надин вир Толлиман, вдовствующая императрица смотрела на меня почти так же.

Забавно…

И странно.

— Приветствуем Александру вир Толлиман, — прогремел по тронному голос Императора. — Теперь уже Наследницу Изначальной Империи.

Последовал всеобщий поклон и я застыла, не понимая, к чему такая помпезность. Слишком… слишком. Такое бывает только при коронации.

Я подняла глаза и непонимающе посмотрела на отца и бабку. Но если на лице Александра была усталость и почти безысходность, которая словно разбавлялась мыслями “Все к лучшему”, то Надин явно была в ожидании чего-то очень для неё интересного. Вот только “интересно” для этой пожилой дамы ещё не значило “хорошо” для меня.

Снова заговорил Император:

— Сегодня знаменательный день, господа… — совсем неподобающе хмыкнул правитель. — Я сегодня отрекаюсь от престола и объявляю его Наследницу. А также оглашаю свою последнюю волю, — раздался почти неслышный удивленный ропот, но большего придворные себе не позволили, теперь выжидательно глядя на Императора. Пока ещё Императора. — Последней волей я обручаю свою дочь, Александу вир Толлиман, Наследницу моей Империи, с Евграном Пламенеющим.

А вот теперь все мы дружно не сдержались. Я ахнула и потрясенно округлила глаза, сзади сдавленно зашипел кто-то из Хранителей и выругался. Весьма неприлично, но мне сейчас было не до этого.

Последняя воля сходящего с престола Императора священна.

Я не могу её не выполнить. Порывисто повернулась к одетому в белоснежный костюм Пламенеющему, чьи медные волосы расплескались, опять напоминая мне кровь на снегу. А глаза… торжество! Это все ты! Ты, Пламенеющий!

Но Император ещё не закончил:

— Наследнику Алого Клана после свадьбы будет дарован титул консорта. Неправящего.

Я повернулась к отцу и заметила, как гневно смотрит на царственного любовника его красноволосая фаворитка. Видимо, не это предусматривалось Алыми интриганами.

Но Рыж был спокоен, как будто все шло по плану. Надин же разделяла его торжество, потому что даже не скрывала улыбки.

— Мы против, — резко прозвучало за спиной от одного из Хранителей. И я даже знала, от кого.

— Не имеете права, — открыто и очень неприятно усмехнулся отец, с неприязнью рассматривая так и не покорившиеся ему в своё время воплощения стихий. — Ваши покровители в своё время дали Императорам последнюю волю, которую нельзя опровергнуть, если она не вредит интересам государства. А конкретно этот брак ему только пойдет на пользу.

Тут по залу прокатился порыв горячего ветра с огненными искрами, от чего некоторые дамы завизжали. В центре тронного закрутился пламенный вихрь и, спустя несколько секунд, на мрамор плит ступила обнаженная женщина. Представление не требовалось. Все, кроме императорской семьи и Хранителей опустились на колени.

— Приветствую Огненную Деву, — первым начал император, сходя с трона и склоняясь в почтительном поклоне.

— Здравствуйте, — иронично улыбнулась стихия. — Как вижу, у вас тут весело! И да, я подтверждаю слова правителя. Стихии связи миров не видят ничего, что могло бы помешать этому браку, — она хмыкнула и хитро покосилась на меня. — Тем более, что для этого есть все предпосылки, не так ли, Александра?

Я стиснула зубы и опустила глаза, чтобы не увидели сверкнувшего в них гнева. Если бы тут не было лишних, то в её речи не было бы ничего плохого, но так обнажать мои чувства перед всем двором!

Хотя… Я же хотела поставить точку в своих терзаниях, выкинуть, наконец, из головы блондина, который никак не дает себя забыть? Вот и она, идеальная возможность,- та, которую предоставила сама судьба. Рыж меня любит, я в его руках таю. Да что там “в руках”, просто от его присутствия окутывает таким теплом, равных которому я никогда не чувствовала. Да, Лир заставляет пылать огнем, но уже через несколько секунд так вымораживает, что мне потом стоит больших усилий вернуть чувствительность.

Так что… все к лучшему! Тем более, у меня нет никакого шанса отказаться.

Совладав с чувствами, я подняла взгляд на Огненную и спокойно проговорила:

— Я не имею ничего против этого брака.

Да, вот так. Отсекаем, ведь надо же это было когда-то решить, сколько может длиться наша агония?!

Все к лучшему. Все к лучшему.

— Вот и замечательно, — рассмеялась Великая, крутанулась, и на её теле соткалось откровенное платье из искр, а волосы взметнулись, и опали уже заплетенные в сотни тоненьких косичек. — Я засвидетельствую помолвку.

— Буду благодарен Покровительнице, — прозвучал голос Ева, и в тишине зала я услышала его шаги, но смотреть пока отказывалась категорически. Он остановился буквально в шаге от меня, так недопустимо близко, что носа коснулся аромат солнца, моря и соли, та неповторимая, прочувствованная до мельчайшего оттенка смесь, которая всегда заставляла моё сердце биться чаще. Рыжая осень.

Я заставила себя посмотреть в серьезные зеленые глаза самого теплого на свете мужчины, в которых, тем не менее, была тревога. Он не стал ничего спрашивать, посмотрел на мои босые ноги и медленно опустился на колени, положив ладонь на пол, который стал постепенно нагреваться. Я же смотрела на него, на то, как искрится свет в его волосах, рассыпанных по белому шелку роскошного камзола, на то, как была стиснута вторая рука, и понимала, этот жест несет в себе не только прямую цель, но и иную… сейчас он показывает, что примет любое моё решение. Любое. И поддержит его. Сведет на “нет” последствия своих же действий.

Я присела на корточки рядом, и почти неслышно спросила, чтобы получить подтверждение своим выводам:

— А что, если я сейчас откажусь?

— Отступлюсь, — ответ последовал незамедлительно, но уже через секунду он тихо рассмеялся и добавил. — СЕЙЧАС отступлюсь.

Наглец, какой же ты самоуверенный наглец, Рыж. Но, невзирая на это, я улыбнулась, а потом протянула руку и сказала:

— Вставай.

Нарушая идиллию, донесся голос стихии:

— Надо же! Гордый Евгран Пламенеющий, посмевший не преклонить колени перед Великой, покровительницей его клана, сейчас сделал это перед своей юной невестой!

Звонкий, издевательский смех летел по тронному, разрушая волшебство момента лучше, чем что бы то ни было.

Алый медленно встал, перед этим невесомо и незаметно проведя пальцем по голой коже ступни, от чего я удивленно вздрогнула. Или не удивленно?

Но размышлять на такие темы было не время и не место, потому я подала поднявшемуся Еву руку и, принципиально не глядя на Хранителей, повернулась к Императору и стоящей рядом с ним Деве. Дева так и светилась самодовольством. Да, Иссо явно ещё не худший вариант.

А потом… потом все было как-то слишком быстро и просто. Слова стихии, неожиданно тяжелое кольцо с клановым рубином Алых, и какое-то неверие внутри. Опустошенность. Даже метаний и сомнений в правильности решения не было. Я так от этого устала, что сейчас оказалось проще покориться, ведь я сама этого хотела. Рыж — моё первое, почти детское увлечение, которое переросло во что-то большее. Я же так сожалела, что мы не сможем быть вместе, что слишком много всего стоит на пути. Но ты снес это одним движением, когда захотел.

— Пламенеющий, можете поцеловать свою почти невесту, — прозвучал ироничный голос Огненной, вырывая меня из прострации. — Официальное обручение через месяц.

Подняла глаза на Рыжа. Создатель, как это все неправильно! Или правильно? Слишком правильно… Но ведь другой стоит за спиной, и я откуда-то даже знаю, где именно, и в груди — жжение, отголоски чужих чувств, которые закрыли, как могли, но почему-то до конца так и не сумели. И я почему-то знаю, что ему больно. И мне вместе с ним. Больно-больно-больно! Странно, неужели это особенности связи Проводника и Хранителя? Но тогда почему я не чувствую других?

Удерживает только нежный малахитовый взгляд, и когда он склоняется ко мне, все отходит на второй план. Наверное, я ожидала традиционного поцелуя, но его не последовало. Он приподнял мой подбородок и осторожно коснулся губами лба. Легко и еле ощутимо, но как будто клеймо этим поставил, так горела кожа от прикосновения!

Потом поздравления, овации и прочее, что прошло как в тумане. Наконец, рядом оказалась леди Надин и Мариоль, которые увели меня из зала.

Идя по холодному полу коридора, я вдруг поняла, что в зале у меня ноги не мерзли. Он что, нагрел какую-то определенную площадь, только чтобы мне было комфортно?..

Рыж. Как же все сложно.

 

 

 

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *