Лабиринт для темной феи 1. Глава 13

Глава 13

 

Внизу меня ожидал почетный эскорт в лице мамы Сола, его тети, Заррина ту Эрша, расфуфыренного так, что дамам и не снилось, и десятка отборных воинов. Четверо мужчин и шесть женщин. При моем появлении воители встали навытяжку и дружно козырнули.

Темные леди одарили меня комплиментами и заверили, что не сомневаются в моем благоразумии. Я только усмехнулась в ответ. Инквизитор согласился с мнением родственниц, что выгляжу я хорошо, но про благоразумие ничего говорить не стал. Какой умный инквизитор! Правда, если вспомнить, что именно он сегодня сопровождающий избранной, полагаю, что данные незаурядные способности мне еще аукнутся.

– А где Сол? – спросила я у Заррина, когда эльфийки отвлеклись, чтобы отдать последние распоряжения перед отбытием.

– У него другие дела, – едва заметно улыбнулся инквизитор. – И поверьте, юная леди, весьма интересные.

Наверное, я помрачнела.

Интересно, а какие это очень важные и интересные дела могут быть у жреца? И это после того, что было пару дней назад в его кабинете?!

Не знаю почему, но произошедшее тогда мне казалось более личным и интимным, чем секс. Хотя бы потому, что он у нас случился в угаре эмоций и под влиянием момента.

Я вышла из особняка, прерывисто выдохнула, понимая, что, как бы там ни сложилось, в этот дом я не вернусь. Ну что же, время, проведенное здесь, было коротким, но весьма запоминающимся, а сейчас впереди новый этап жизни.

Жди меня, Лабиринт!

Вот так и началась моя непростая история.

Сейчас я стояла на одной из смотровых площадок в центре Лабиринта и задумчиво смотрела на залитую тусклым светом панораму.

Коридоры, переходы, тоннели… Каменные, из какого-то колючего кустарника, да каналы с водой, светящейся гадостным, не внушающим доверия светом. Все для развлечения высокородных сынков по пути к цели. Ко мне, то есть.

Испытания еще не начались, хотя находилась я тут уже несколько часов и успела немного заскучать.

– Налюбовалась? – раздался за спиной ироничный голос инквизитора.

Я повернулась и смерила Заррина недобрым взглядом. Честно говоря, красноглазому гаду было явно комфортнее, чем мне. Он развалился на  многочисленных подушках в вольной позе и читал.

– Что? – почувствовав мой взгляд, спросил Зар, не подумав оторваться от чтения. – Я прямо ощущаю, как ты прожигаешь меня глазами.

– Я вот думаю, что интересные представления у темных эльфов о том, как надо присматривать за избранной…

– Да куда ты денешься, – фыркнул дроу. – Ты, дорогая Лил, вовсе не жертвенная дура, которая готова умереть, а не достаться ненавистным темным эльфам. Ты хочешь жить. Причем жить хорошо, а в идеале еще и отомстить всем, кто доставил тебе неприятные минуты. А значит, глупости делать не станешь.

– О, как ты в этом уверен!

– В том, что ты не жертвенная дура? – Книжка все же была захлопнута, и внимание инквизитора целиком переключилось на меня. – Не похожа, уж извини.

– Кстати, а ты осознаешь, что сам входишь в список тех, кто доставил мне массу неприятных минут? – вкрадчиво поинтересовалась я, скользящим шагом подходя к расслабленному мужчине.

– Правда? – инквизитор изобразил крайне удивленное выражение лица. – И в чем же я так провинился перед прекрасной леди? Великой, избранной, крылатой, прекрасной… Эм-м… все, пока эпитеты закончились. Извини.

«Гад, – мрачно подумала я. – Глумливая сволочь».

– Не обиделась? – заботливо осведомился дроу. – Не переживай, я потом еще придумаю!

– На худой конец, в словаре посмотрю, да? – подсказала я еще один выход из ситуации.

– Прекрасной леди не чужда ирония? – оживился Зар.

– И даже самоирония, господин ту Эрш. Впрочем, вам не понять…

– Спрячь колючки, феечка, – доброжелательно посоветовал темный. – Я тебе не враг.

– Правда? – насмешливо фыркнула я и, устав стоять, опустилась на пуфик рядом с мужчиной. Забрала у него блюдо с фруктами, покрутила в руках персик и вонзила в него зубы.

Инквизитор отобрал у меня тарелку обратно в частную собственность, подцепив тонкими пальцами кусочек яблока, отправил его в рот и, пожав плечами, сказал:

– Конечно не враг. Поверь, с врагами темные эльфы ведут себя иначе.

Я мигом вспомнила все леденящие кровь сказания о том, какие дроу выдумщики в плане искусства боли и смерти. Даже поежилась.

– Другом тебя тоже не назовешь.

– А что есть друг? Тот, кто не желает тебе зла, по моему мнению, – ударился в философию Заррин. – Я вот тебе, маленькая фея, зла не желаю.

– Друг – тот, кто не пытается принимать за тебя решения, – наставительно заметила я. – А вот что ты сам, что все твое семейство этим активно занимаетесь. Так что не примазывайся.

– Ну вот, – опечаленно вздохнул Заррин. – Злая Лил.

– Злая, – с улыбкой согласилась я и, покосившись на собеседника, решилась задать давно интересующий меня вопрос. – Заррин, а как ты вообще стал инквизитором?

– Не похож на великого и ужасного? – тихо рассмеялся дроу. – Ты мало меня знаешь, Лилиан. Поверь, я плохой мальчик с больной фантазией и ослиным упрямством на пути к своей цели.

– Верю, – с тяжелым вздохом согласилась я. – Подробности рассказывать не будешь, как понимаю?

– А зачем? – повел плечами дроу. – Мне неприятно вспоминать, а тебе, будем откровенны, не так уж и интересна эта тема.

– Ты не прав, – возразила я, на самом деле испытывая немалое любопытство.

– Тогда остановимся на варианте, что «мне неприятно это вспоминать, и, стало быть, я не буду об этом говорить».

Разумеется, на этом тема закруглилась, тем более что у края Лабиринта наконец-то началось какое-то движение.

– Посмотрим? – предложил Зар, поднимаясь с подушек.

– Как? – Я тоже встала и с любопытством проследила, как инквизитор повернул статуэточку в виде девушки с кувшином, нажал на несколько плиток на стене, и часть камней перестроилась, открывая проход куда-то в темноту.

– А почему не магией прикрыли? – спросила, с интересом ощупывая стены тоннеля. Мрамор. Ожидаемо.

– Тот, кто это проектировал, магом не был, и это раз, – усмехнулся инквизитор. – Два – обычно флер магии можно обнаружить, а вот тайные ходы, если не знаешь, где именно они распложены, найти не получится. Да и издревле именно наш род встречал избранных, стало быть, в сердце Лабиринта никого лишнего никогда не было.

Ага, значит, не я первая, кого предприимчивые Барабахи сбывают в наиболее платежеспособные руки.

– А крылатые потом не рассказывают?

– Нет, – загадочно улыбнулся Зар. – Как мы этого добились, не спрашивай. Сама понимаешь, это секрет.

Мужчина отодвинул меня, первым шагнул в тоннель и уверенно пошел вперед. Через десяток шагов он остановился и, обернувшись, спросил:

– Что застыла, фея?

– Иду… – Я нервно переплела пальцы и ступила под каменный свод.

Шаги глухо отдавались от камней, и я, ощущая, как скользят каблучки по неровностям пола, на всякий случай касалась рукой стены. Все же последнее, что мне сейчас нужно, это упасть где-то в потайном ходе. Хороша же из меня будет избранная с синяками и ссадинами. «Достойный» приз жуликам дроу.

Когда проход закончился, мы оказались в небольшой круглой комнатке со светящимися стенами.

– Та-а-ак… – протянул Заррин, оглядываясь по сторонам. – А теперь нужно понять, как выдвигается консоль управления и что нужно сделать, чтобы появилось изображение…

– А ты не в курсе, что ли? – удивилась я.

– Знаю об этом только по легендам, что рассказывала мать, и еще кое-что почерпнул из обрывков уцелевших рукописей, – пояснил инквизитор, медленно обходя пещерку по периметру и едва ли не обнюхивая стены.

– Интересно, – хмыкнула я, – ваш предок это строил, но вы сами не в курсе, как это работает?

– Нашему роду давно не доставались избранные, – пожал плечами Заррин. – Последняя попадала под опекунство Швах-Барбахов пару веков назад.

– Ну, допустим. А почему не осталось инструкции хотя бы с тех времен, если уж не дошло ничего от строителя Лабиринта? Насколько я знаю, темные эльфы славятся своим трепетным отношением к культурному наследию любого вида. А над такой хрупкой вещью, как бумага, вообще трясутся.

– Потому что за секретом охотились многие, и чтобы он не достался врагам, предок уничтожил любые упоминания. А то, что осталось, находится в зашифрованном виде.

Я только покачала головой.

– Зар, а почему такой важный для всей культуры дроу объект строил мужчина? Я ничего не имею против вашего достопочтенного предка, но в то время, когда он жил, представителей сильного пола вообще ни во что не ставили. И как бы талантлив он ни был, у него был один существенный минус. Пол. Не сомневаюсь, что женщины-архитекторы у вас тоже есть, стало быть, предпочтение скорее всего было бы отдано даме.

– Правильно понимаешь, – послал мне одобрительную улыбку дроу, не отрываясь от своего занятия. – Но дело в том, что его и считали женщиной.

Ба-бах! Это моя челюсть, если кто не понял.

– Как так?

– А вот так. Видишь ли, его матушка очень любила своего ребенка и желала ему лучшей доли. А как ты верно отметила, феечка, участь мужчин была в то время незавидна. Вот поэтому она решила выдать сына за дочь.

– Э-э-э… – Я прониклась смелостью замысла. – А это вообще возможно?

– При желании в этом мире возможно все. Потому как обман вскрылся только после его смерти.

– Был скандал? – хмыкнула я, представив, какой шум поднялся в рядах этих закостенелых в традициях граждан, когда всплыла эта интересная деталь.

– Еще какой! Слава Ллос, обошлось без казней, но наш род лишился некоторых привилегий и владений.

– Интересно… – протянула я, мысленно представляя, насколько была увлекательной и необычной жизнь у этого древнего архитектора. Родиться мужчиной, но всю жизнь провести в женском обличии. Интересно, а как он себя ощущал, кем он себя осознавал?

Я посмотрела на Заррина и подумала, что мужчину такого типажа как инквизитор и правда легко можно замаскировать под эльфийку. А вот Сола не получится, потому как слишком мощный.

В общем, интересная история у Барабахов!

И, наверное, их предок порадовался бы тому, что те же Сол и Заррин смогли достигнуть определенных высот в обществе дроу, не прибегая к маскараду.

– Нашел!

Заррин застыл у противоположной стены. Вокруг него крутился призрачный вихрь силы. Хм, без магии, говорите, обошлось?

Я приблизилась и, осмотрев инквизитора и окружавшие его потоки, сказала:

– А эта штука завязана на родственную кровь.

– Да? – Заррин с любопытством оглядывался, но, кажется, ничего не видел.

– Ты не маг?

– Нет, – улыбнулся он. – Маг у нас Сол, а мне повезло меньше.

– По тебе не скажешь, – я намекнула на пост верховного инквизитора, который занимал этот хрупкий с виду юноша.

– Скажу тебе по секрету, пока нас никто не слышит… Служба Ллос – сомнительное везение.

Я почти квадратными глазами уставилась на дроу. Чтобы кто-то из темных сказал такое о своей богине?! Что-то крупное сдохло в подземных дворцах темных эльфов…

– Не боишься откровенничать?

Это я тонко намекнула, что за такие крамольные мысли любой соотечественник Зара попытается сам сходу убить его, не дожидаясь ритуального скармливания паукам.

– Тут? Не боюсь. Да и ты, маленькая фея, не проболтаешься.

– Почему ты так думаешь? – Я подошла вплотную к эльфу, и теперь силовые потоки кружили вокруг нас обоих, заключая в своеобразный кокон, словно изолируя от мира. Красно-оранжевые глаза темного были близко, и в них тлели искры иронии. Я неприятно усмехнулась и вкрадчиво добавила: – У нас с вами, господин Заррин, крайне своеобразная история знакомства… Помните? Изнасилования, приставания, бордели в конце-то концов. У меня есть все основания для того, чтобы затаить злость и отомстить при случае. Что мне мешает, когда я выйду отсюда женой племянника Королевы, сказать, что я слышала от вас богохульные мысли?

– А ты это скажешь? – Кривая обаятельная усмешка исказила губы мужчины. – Правда скажешь, маленькая фея? И потом придешь на мое ритуальное скармливание любимчикам Ллос?

– А почему бы и нет? – Как можно более мерзко улыбнулась в ответ. – Хотя меня никогда не прельщали подобные зрелища, возможно, ради вас я найду их достойными внимания.

– Знаешь, Лил… – Он задумчиво посмотрел на меня, потом неожиданно тепло улыбнулся и дотронулся указательным пальцем до кончика моего носа. – Не посчитай меня наивным идиотом, но не верю.

– Почему это? – даже опешила я, так как считала, что была на редкость убедительна.

– Как бы там ни было, ты считаешь меня обаятельным и питаешь необъяснимую симпатию! – торжественно выдал инквизитор.

– Да ты что! – Я восхитилась самоуверенности красноглазого гада.

– Скажу тебе больше… это взаимно, детка! Ну а теперь, когда мы признались друг другу в теплых чувствах, предлагаю все же заняться делом, а то там без нас всю торжественную часть проведут.

Пока, потрясенная наглостью этого типа, я в шоке пыталась подобрать слова для характеристики ситуации, Заррин решил заняться делом. Из потоков магии соткался большой шар, в котором начало медленно проявляться изображение, а после и звук.

– Вот! – довольно протянул Зар. – Предлагаю перетащить сюда подушки и еду, чтобы с комфортом наблюдать за представлением.

– А где консоль управления? Нам же всем, кроме господина Тадеуша, надо обеспечивать провал.

– Лил, Лабиринт состоит из трех кругов. Большая часть соискателей твоих крыльев отсеется еще на первом, более удачливые вылетят во втором. Так что мы вступаем в игру, только когда претенденты окажутся в третьем круге.

– А если ваш ставленник вылетит раньше третьего круга?

– То это его проблемы, – пожал плечами инквизитор. – Завалим всех остальных, и придется устраивать еще одно соревнование.

Угу. И продавать меня по второму кругу. Вообще замечательная вещь! Завалил претендента на испытаниях и ищешь нового. Так фею минимум раза три продать можно!

Пока я витала в мрачных мыслях о коварстве Барабахов вообще и некоторых в частности, яркий представитель этого рода сбегал за пуфиками.

Мы устроились, потом еще какое-то время Заррин настраивал изображение и звук. Наконец он закончил, и по маленькой комнатке полетел звучный голос: «Дамы и господа! Соискатели силы и удачи уже у порога Лабиринта! Кому сегодня улыбнется фортуна, а кто вылетит с первого круга? Это мы узнаем уже совсем скоро! Не забывайте делать ваши ставки!»

– Зар… Как-то это на тотализатор очень похоже.

– А ты как думала? – философски пожал плечами дроу. – Это же одно из самых масштабных состязаний, которые вдобавок случаются крайне редко. Плюс – это мы поймали в «фокус» комментатора для низших слоев населения, соответственно, тут нет такого слоя «пудры иносказаний», как в словах тех, кто освещает это мероприятие для высшего сословия. Но давай не будем отвлекаться, почти началось.

В подтверждение этому снова зазвучала бойкая речь комментатора.

– Ита-а-ак, позвольте представить вам наших героев! Как известно, в состязании участвуют пятьдесят самых лучших, достойных дроу. Но, как и везде, есть фавориты! Встречайте наше золотое трио!

Пятьдесят?! Обалдеть…

– Тадеуш Бариссат!

Толпа взревела, и я подалась вперед, рассматривая главного кандидата на мое тело белое. Ну что… Темный эльф, как темный эльф. В легком доспехе, волосы заплетены в ритуальные косы, стоит, потрясает мечом в ножнах и явно красуется перед зрителями. Короче, поддерживает свою популярность.

Пока я рассматривала женишка, комментатор разливался соловьем, рассказывая, какой потрясающий воин этот самый Тадеуш, а уж сколько он делает для бедных слоев населения – вообще словами не передать! В общем, у меня закрались мысли, что комментатор тоже был проплачен Тадеушем. Потому как столько патоки в адрес отдельно взятой личности я уже давно не слышала.

– И-и-и сын Королевы! Его высочество Линдеуш Ашриш!

Хм-м-м… Как представлен был Тадеуш – просто имя и род. Как самостоятельная фигура. А вот принца выставили просто придатком матери, который сам по себе ничего особо не стоит. Нет, болтал о нем комментатор не меньше, но как-то иначе, что ли… Полагаю, что за господином Линдеушем тоже немало хорошего и сделанного для народа водилось, но перечислили только его личные достижения… притом так, что поневоле закрадывалась мысль, что матушка помогла.

Мои выводы были верны. Тадеуш Бариссат мутит воду. И для принца сейчас добыть мою крылатую персону – дело принципа, хотя бы потому, что, если это сделает его кузен, позиции правящей семьи пошатнутся еще больше.

– И-и-и-и-и! Наконец то, чего вы все так ждали! Наш третий фаворит! Темная ящерица[1] этой игры, неожиданный игрок на поле Лабиринта! Сол ту Эрш, встречайте!

Я подавилась вишенкой и повернулась к Заррину, молча ткнув пальцем в сторону экрана.

Дроу лишь усмехнулся и пробормотал:

– Он решился. Ну, надо же! Несмотря на последствия и сложности, он решился.

– Зар, что он там делает?! – рявкнула я, сладив с косточкой.

– Тебя добивается, – пожал плечами инквизитор. – Не видно, что ли? Хотя, по моему объективному мнению, он делает глупости.

– Сол ту Эрш – верховный жрец Сарташа, более того, Избранник Ллос. Не иначе как из-за того, что к нему благоволит богиня, он сегодня участвует. Как мы помним, обычно жреческому сословию это запрещено. Но что позволено избранникам, не позволено нам, простым дроу. Аплодируем нашему фавориту! Представление золотой троицы я закончил. Сейчас еще раз расскажу вам об опасностях Лабиринта, и да, напоминаю, что все еще можно сделать ставки! Спешите, дамы и господа, спешите, тотализатор скоро закроется!

Я рывком подалась вперед, жадно вглядываясь в такие знакомые, уже почти родные черты. Он… он участвует?! Ради меня? Для того чтобы я не досталась другим?

Душу затопило такое счастье, что дышать стало тяжело!

Спасибо, создатель! Вот от всей крылатой души тебе спасибо!

Я хищно покосилась на консоль управления, понимая, что расчищать дорогу буду вовсе не господину Тадеушу. Хотя еще посмотрим, может, Сол и сам справится. Я в него верю!

Но есть один нюанс, который стоит уточнить…

– Он Избранник Ллос?!

– Угу, – кивнул Зар, отправляя в рот очередную семечку. – А ты не знала?

– Нет…

– Ну, вот теперь знаешь. Да, наш Сол – третий сын и некогда леживал на алтаре, готовясь сначала расстаться с сердцем, а после заживо быть съеденным пауками. Ты же знаешь, что затейники из храма умудряются поддерживать в жертвах жизнь даже после того, как вскрывают грудную клетку? Недолго, но достаточно для того, чтобы несчастный ощутил, как его жрут.

– Без подробностей… – Я почувствовала прилив тошноты к горлу.

– Как скажешь. В любом случае, Богиня распорядилась иначе. Уж не знаю, чем так прельстил ее братец, он никогда не рассказывал о том, что произошло в храме.

Я только молча кивнула. Да, избранниками становились те, от кого не принимали жертву. Теперь понятно, как мужчина достиг таких высот в храме, он просто был исключением из правил. Исключением, для которого открыты все дороги.

– Он и правда никогда про это не говорил, даже когда я спрашивала. Я знала только, что Сол из высших чинов жреческой касты.

– Он не любит об этом распространяться, – усмехнулся инквизитор. – И я его прекрасно понимаю.

– Ты тоже на алтаре леживал? – невесело усмехнулась я.

– Нет. За меня лежал Сол…

– В смысле?

– Потом, Лил… Давай лучше посмотрим, что там творится.

И хотя мне очень хотелось выжать подробности, Заррин не реагировал на попытки. Но сомневаюсь, что эта оговорка была случайной. Зар и случайность? Ха-ха. И снова ха.

Тем временем соискатели выстроились в несколько рядов у входа в Лабиринт. Заррин любезно показал панораму, и я восхищенно вздохнула, понимая, что предприимчивый барабаший предок действительно был гениален. Лабиринт был потрясающе красив и так же потрясающе мрачен. Резкие линии, острые углы, шипы везде, где можно и нельзя… растения, обвивающие колонны, волшебные переливы шарнита, впитавшего в себя магию. И все же этот камень превращал смертоносный Лабиринт в сказку. Страшную, но сказку. По сути, Лабиринт был подобием города. В нем были аллеи, ручьи и мостики над ними, здания и беседки… узкие тропинки между стенами, которые, казалось, могут в любой момент сдвинуться и расплющить неосторожного дроу, и широкие дороги, на которых даже две кареты смогли бы спокойно разъехаться.

Огромные ворота начали медленно и бесшумно открываться. А за ними… пять дорог в разные стороны.

Которую выберет Сол?

Соискатели крылатой избранной неторопливо и величественно вошли в Лабиринт, на прощание лениво помахав ручками толпе фанатов, но стоило воротам плотно закрыться, как начался маленький, локальный мордобой, казалось бы, совершенно не свойственный великому эльфийскому народу.

В общем, из пятидесяти соискателей уже в первые минуты испытаний осталось штук сорок, не больше. И ловушки Лабиринта тут были ни при чем. Глядя, как несчастных проигравших небрежно развешивают по колоннам или перекидывают через забор на ту сторону, я поняла, что забава эта будет не спортивная и от чести далекая. Впрочем, у дроу издревле о чести были весьма специфические понятия.

Оставшиеся граждане смерили друг друга оценивающими взглядами и не торопясь разбрелись в разные стороны. Некоторые группами, кто-то парами, а особо рисковые в одиночку.

– А где Сол?

– Он еще в самом начале заварушки на крышу влез, – ответил более глазастый Заррин. – Молодец. И эти ретивые не зацепили, и от основной массы соискателей оторвется.

– А можно посмотреть?

– Конечно. – Заррин слез с пуфика. – Сейчас постараемся настроить. Как понимаю, остальные из «золотого трио» нам тоже интересны?

– Разумеется, – хищно усмехнулась я.

– Угу… Но Сол, конечно, рисковый малый. Он же знает, что всех, кроме Тадеуша, мы отсюда будем устранять. И все равно влез! Отчаянный.

– Как это валить? И Сола тоже?!

Надо признать, такой подставы от Заррина я не ожидала. Совсем.

– А ты что думала? – философски пожал плечами инквизитор. – Брат – не брат, а уговор дороже денег. Хотя вру… деньги дороже! А с Тадеушем у нас и деньги, и уговор… Улавливаешь, феечка?

– В качестве оратора ты провалился, – фыркнула я, решив пока не возмущаться. В конце концов, время пока есть, и я что-нибудь придумаю. Окинула инквизитора хищным взглядом, прикидывая, с какой силой его надо стукнуть по темечку, чтобы вырубить, но не убить. В одном Заррин был все же прав: смерти я ему не желала.

Тем временем инквизитор все же настроил свою хитрую штуку, и теперь мы получили возможность наблюдать за выбранными бойцами. Первым я, само собой, затребовала Сола.

Как оказалось, жрец уже довольно далеко ушел, пройдя почти половину первого круга Лабиринта. При этом он и не думал спускаться с крыш, предпочитая передвигаться по верху. И судя по тому, что внизу на тех же улицах ловушки лабиринта весьма резво косили бравые ряды желающих моей руки, то тактика Сола была верной. Я даже залюбовалась тем, как легко и грациозно перемещается темный эльф. Стремительно, не задерживаясь, используя малейшую, даже самую неустойчивую опору для следующего прыжка.

– Молодец, братец, – одобрительно хмыкнул Заррин. – Теперь понятно, почему он даже легкую кольчужку не одел, хотя я поначалу посчитал это глупостью. А так… он сделал ставку на скорость и не прогадал. И к его счастью, в Лабиринте участникам запрещено использовать дальнобойное оружие. Но на месте Сола я бы не забывал про отравленные иглы и про мастеров, которые владеют духовым оружием. Они есть среди соискателей.

Я мигом обеспокоилась и спросила:

– А кто именно, можешь показать?

– Устранить хочешь? – понимающе хмыкнул инквизитор и, поудобнее развалившись на подушке и потянувшись, закинул руки за голову. – Показать-то могу… но не буду!

– Почему? – даже немного опешила я, считавшая, что Заррин все же не хочет, чтобы его брата так банально устранили.

– А так неинтересно. Тем более ты не поверишь, милая Лил, но я сторонник классического варианта, когда «отважный принц спасает прекрасную принцессу из высокой башни». Соответственно, преодолеть все препятствия и геройски замочить дракона он должен сам. А то это даже несколько пошло, когда девушка делает за своего мужчину львиную долю работы.

– Дракона сам убьет! – поручилась за своего жреца я, под легендарной рептилией подразумевая Тадеуша. – Но, как ты помнишь, во всех сказках «деревья расступались с дороги…» и прочее!

– А в других сказках, наоборот, приходилось прорубаться в самую чащу, иступив не один тесак! И я почему-то думаю, что в последнем случае, пролив немало пота и крови, принцы ценили свой трофей гораздо больше. Учись у легенд, фейка! Почему даже я знаю их лучше тебя и, что еще более важно, сделал нужные выводы?! Тебе сказки не читали, что ли?

– Читали, – немного смутилась я, а после, поймав за хвост интересную мысль, тут же ее высказала: – А почему тебе сказки о прекрасных принцессах читали? Насколько я знаю, мальчишек-дроу сурово воспитывают? Тут, скорее, на ночь с колыбели читают «Сто и один способ наиболее жестокого убийства» или «Теорию владения мечом».

– Так получилось, – скупо ответил Зар, сразу дав понять, что развивать эту тему не хочет и не будет. – В общем, не буду я расчищать путь Солу. И тебе не дам.

– Кстати, а почему ваша бабушка говорила, что это я тут буду рулить этой штукой? – ткнула пальцем в консоль управления. – А в итоге ты развлекаешься!

– Потому что бабушка не знала, что эта, как ты выразилась, штука, завязана на родную кровь. Ну и мы не были уверены, что меня пустят с тобой. Если бы ты была с другими сопровождающими, поступили бы дополнительные инструкции, а так в них нет нужды. Сиди, наслаждайся зрелищем… кушай фруктики. Вот, полезно.

Инквизитор подвинул ближе ко мне блюдо. Я кинула на красноглазого гада неприязненный взгляд и взяла яблоко. Мрачно им захрустела, наблюдая за тем, как мой замечательный Сол разбегается и перепрыгивает на другую сторону узкой улочки. Тут и начались первые неприятности! Под дроу коварно расступились жестяные листы, и жрец полетел куда-то в темноту здания. Я охнула и подалась вперед.

– Ого!

Заррин подтащил консоль и настроил так, чтобы мы видели происходящее внутри здания. Оно оказалось своеобразным. Без окон и дверей. То, что было видно снаружи, оказалось бутафорией.

Сол встал, встряхнулся, с болезненной гримасой потер бок и начал оглядываться в поисках выхода.

– Ставлю на то, что сейчас попытается вылезти через крышу, а уже потом включит мозг! – воодушевленно заявил Зар и протянул мне руку, по которой я без энтузиазма шлепнула, понимая, что инквизитору сейчас нужно только участие, и неважно, насколько увлеченное.

Но тут он оказался прав. Сол попытался сначала вылезти тем же путем, которым туда попал. Но стены были идеально гладкие – совсем не за что зацепиться, и потому попытка провалилась.

– Оттуда вообще можно выбраться?

– Думаю, да, – после секундных размышлений ответил Заррин. – Насколько я помню летописи, тут очень мало безвыходных положений. Ну, если ты достаточно умен и сообразителен. А братец вроде как на отсутствие остроты мышления не жаловался.

И правда, совсем скоро жрец нашел подвальный люк. Полюбовался на чернильную пустоту внизу и, пошарив по карманам, вытащил маленький камешек. Встряхнул его, отчего в сердцевине кристалла разгорелся яркий огонек, и кинул вниз. Неожиданностей там не обнаружилось, а потому дроу решительно прыгнул следом.

– Магию не тратит даже на мелочи, – одобрительно кивнул Зар. – В такие моменты я начинаю понимать, что мои подозрения об отсутствии у Сола ума – всего лишь подозрения.

– Сам ты… дурак, – обиженно буркнула я.

– Нет, я-то как раз умный, – усмехнулся инквизитор. – Потому как это не я похе… хм, все свои достижения, пост в храме и рискнул выйти на состязания ради полузнакомой женщины. И не будем забывать, что этим действием он не только себя подставляет, но и весь род. Будем надеяться, что Тадеуш благополучно сам где-нибудь погорит до встречи с Солом.

– Кстати, про вашего фаворита. Давай на него посмотрим?

– А давай! – легко согласился Зар и переключил изображение.

Картинка мигнула и вот уже показывала совершенно иное.

Широкий зеленый коридор в каком-то из садов, по которому шла… команда дроу. В центре, под всевозможной защитой, шагал Тадеуш Бариссат. Очень хитрый господин Бариссат…

– Ничего себе! – ахнула я, замечая, как охрана племянника Королевы отбивает вылетающие из кустов неприятные неожиданности в виде стрел.

– Да… – протянул Заррин, который даже оставил в покое семечки и подался вперед, чтобы лучше рассмотреть эту дивную картинку.

– И ты хочешь сказать, что вот этот «рыцарь» сейчас поступает честно? – я мигом напомнила Заррину все его сказочки о прекрасных принцессах, а вернее, о том, как их правильно добиваться.

– Вообще он поступает благоразумно, – внезапно усмехнулся Заррин и, активно жестикулируя, продолжил: – Смотри, часть конкурентов они перебили еще на входе в Лабиринт, другую часть он перекупил… а остальных порешит по дороге. Согласись, красиво?

– Что красиво? – мрачно уточнила я. – То, что он подло играет, и результаты, по сути, нечестные? Он мало того что купил вашу помощь, так еще и сам… вот что творит!

– Не переживай, у принца аналогичные методы. И, Лил, если бы ты знала, сколько Тадеуш за тебя заплатил, то не удивлялась бы тому, что он решил подстраховаться.

– Так много? – не удержалась я.

Заррин назвал сумму. Я подавилась яблоком.

Это же надо, какие суммы водятся в кармане у некоторых дроу…

Но сейчас мы не о том.

– Это все равно нечестно!

– Лили, детка, это состязание темных эльфов! Конечно тут нечестно! Тем более на кону стоит самый ценный приз последнего столетия. Ты, правда, думаешь, что этот лакомый плод упадет в случайные руки? Победит сильнейший!

– Да где тут сильнейший-то? Он идет под защитой остальных!

– Сильнейший не только в плане физической силы. Ума, денег, власти… да и лично помахать мечом тоже придется, – «успокоил» меня инквизитор. – В сердце цитадели ему нужно войти одному – группами туда не пропускает магия.

– Зато будет свеженький, как огурчик… – пробурчала я, глядя, как охрана племянника королевы крошит в капусту выползшие из-за поворота плотоядные лианы. А хорошо шинкуют… Этих бы ребят на кухню нашего родового замка… Тетушка Тильда обрадовалась бы! Она большая любительница квашеной капусты и вечно жалуется, что ее режут плохо. А тут вот… сразу видно – профессионалы!

– На то и расчет, – развел ладонями Зар и попытался подтащить ближе к себе поднос. – Лил, я винограда хочу. Нельзя быть такой собственницей.

– Какой ты… – Недоуменно посмотрела на мужчину и пододвинула блюдо ближе к этому оголодавшему.

– Да, я чудесен. Итак, если ты налюбовалась на своего нареченного, то, может, на Линдеуша переключимся?

Меня даже передернуло от слова «нареченный». Вот же гад красноглазый!

– Сначала давай посмотрим, как дела у Сола, а потом уже на принца любоваться станем.

Заррин не возражал, и потому уже спустя пару секунд я увидела, как мой жрец пробирается по каким-то катакомбам… в обнимку с большой страшной гусеницей.

– Это что? – ошалело ткнула пальцем в сферу я, намекая на то, что не понимаю, зачем дроу сдалась эта страшная тварь.

Тварь была действительно не особо симпатичной. Белесая, полупрозрачная, слабо шевелилась и подергивала головой.

– Ва-а-а! – восторженно протянул ненормальный братец моего героя. – Это же шолли!

– И?

– Подземная и безобидная в общем-то гусеница. Пока на нее случайно не наступишь, к примеру. Ее внутренние жидкости мгновенно испаряются при контакте с кислородом и превращаются в газ. И всякий, кто его вдохнет, будет парализован на несколько минут. Как видишь, мой умный родственник, раз наткнулся на шолли, решил, что грех пропадать такому добру и надо бы тварюшку использовать. Несет осторожно, бережет… Чую, конец у нее будет эпический!

– Умница мой… – прошептала, с гордостью глядя на «отважного принца».

– Угу. Хоть хорошим исполнением дурость затеи компенсирует!

– Молчал бы! – не удержалась я. – Ты вот точно не способен на такие поступки!

– И слава Ллос! – искренне возрадовался Заррин. – Я и так не особо нормальный. Не желаю, чтобы меня остатки здравомыслия покидали! Если мне захочется развлечься, то придумаю для себя иные способы. Без таких далеко идущих последствий.

– И что ему будет?

– Не скажу. Сама потом выпытаешь… если сможешь.

Это он о чем? Если Сол доберется и согласится рассказать или просто не дойдет, потому я никогда и не узнаю?!

Уточнить, что именно имел в виду Зар, я не успела – инквизитор переключил изображение на принца подгорного королевства, и мы с ним дружно подались вперед, наблюдая за жаркой заварушкой. Кажется, за то недолгое время, что мы были с Солом, клики Тадеуша и принца успели встретиться и сейчас активно сокращали численность друг друга.

Сами особы королевской крови стояли в сторонке и сверлили друг друга неприязненными взглядами, ожидая, когда их охрана разберется друг с другом. Пока силы были равны.

[1] Темная ящерица – аналог «темная лошадка».

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *