Колечко взбалмошной богини 2. Глава 4

Глава 4: Спасительный засос

Оказалось, что за двоих я отвечала зря. Ибо Стаська свою поклажу тащила с трудом. Ну, точнее, начала-то она вполне бодренько, но уже через час пути стала выбиваться из сил и сумку свою попросту волокла по земле

Короче, первый привал пришлось сделать совсем скоро, для того чтобы перетряхнуть Стаськины вещи и распихать их по нашим с Фаустом тюкам.

Как ни странно, феникс по этому поводу даже ворчать не стал, хотя я точно помню, что в магазине он грозился, что все купленные вещи мы будем тащить исключительно на своём горбу.

А сейчас ни слова не сказал. Лишь вздохнул тяжко и, аки ломовая лошадка, поволок увеличившийся рюкзак. У меня весу тоже прибавилась. Но я разницы почти не заметила. Все же с колечком богини жизнь заметно упрощается.

Зато Стаська теперь была навеселе. Прыгала вокруг нас горной козочкой и не умолкала ни на секунду. Сначала ее болтовня была вполне невинной: природа, погода, мода и байки из школьной жизни, а потом вдруг ее повело совсем не в ту степь!

— Фауст, а тебе какие девушки нравятся? – неожиданно спросила сестричка, и феникс споткнулся буквально на ровном месте.

Стаська хихикнула и заговорщически мне подмигнула.

Вот ведь, коза мелкая!

— К чему вопрос? – полюбопытствовал мужчина, и что-то мне подсказывало – отвечать он не намерен.

Но Стаська, она ж такая, с шеи не слезет, пока своего не добьется. Чувствую, придется мне опять ее усмирять.

— Да так, интересно, — лукаво сощурившись, улыбнулась сестричка.

— Оцениваешь свои шансы? – подколол мелкую Фауст. Хммм, один-ноль в его пользу.

— Сдался ты мне, — фыркнула в ответ девчонка и надула пухленькие губки. А потом выдала совершенно нелепое: – Я, может, того, соцопрос провожу!

— Какой опрос?!

— Соцопрос. Статистику собираю, — пояснила эта врунишка.

— Обойдется ваша статистика без меня, — фыркнул феникс и быстрее припустил вперед.

Стаська не отставала. Вприпрыжку мчалась за мужчиной, смешно перепрыгивая с камня на камень.

Местность тут была малость гористая. Пологое плато или что-то в этом роде. Почва под ногами твердая, усыпанная крупными валунами и плоскими, будто срезанными ножом, кусками горной породы. А иногда и вовсе стелилась каменной крошкой вперемешку с хиленькой травкой, мхом и блеклым лишайником.

В целом идти было вполне комфортно, к тому же двигались мы сейчас вниз по склону, но опасность поскользнуться и навернуться на острых камнях была немаленькая, а потому Стаськины лихие скачки меня изрядно нервировали.

— Да ладно тебе, чего ты мнешься, как девчонка? Колись давай, — сменила тактику сестричка, решив взять блондина на понты. – Фигуристые наверно нравятся, да? Такие, что б за что подержаться было?

— Да с чего ты взяла? – не выдержал феникс.

А тактика-то сработала. Один-один!

— А что, разве нет?

— Нет! – рявкнул блондин. Ну все, довела… А потом вдруг прозвучало неожиданное: — Мне девушки миниатюрные нравятся. И хрупкие.

Вот так дела…

— Блондинки или брюнетки? – продолжала допрос Стаська.

— Брюнетки, — без запинки ответил Фауст.

Ой, мамочки…

— С зелеными глазами, да? – вконец обнаглела сестрица, и тут не сдержалась уже я.

— Стася! – гаркнула на сестру. – А ну, прекрати!

— А чего я такого спросила?! – состроила невинное личико эта провокаторша.

— Мне нравятся скромные и воспитанные, – вкрадчиво ответил феникс, а потом добил окончательно: — Но к вам это не относится!

Так, что-то я не поняла. Это к нам со Стаськой не относится? Или только к Стаське? Ведь я же воспитанная? Воспитанная! Когда надо… И скромная! Да, такая скромная, что самолично сегодня устроила стриптиз… Ну, что поделать? Бывает!

— Люб… — Стаська отвязалась от блондина и теперь начала приставать ко мне. – Люб, ты пернатому нравишься, слышала? – прошептала мелкая.

— А то я без тебя этого не знала! – тут же осадила сестричку. – И вообще, не лезь! Как-нибудь без тебя разберемся!

Младшенькая, кажется, обиделась. Надулась и как воды в рот набрала. Зато все оставшееся время до привала ее было не видно и не слышно. Хоть отдохнули.

Привал устроили у самой кромки леса. Фауст углубился в чащу, чтобы поставить силки, нам же с сестрой было поручено накрыть на стол.  Однако, в отсутствии стола пришлось накрывать на землю. Сделали все, как полагается — пледик на травку бросили, съестное по тарелочкам разложили и сидим ждем.

Фауста нет, долго так нет. Скучно. Стаська на траве разлеглась и глазки прикрыла. То ли дремлет, то ли загорает.

Мне тоже хотелось позагорать. Тем более, что солнце пекло во всю. Снять бы сейчас рубашечку, перевернуться на животик и… И потом вернется феникс и устроит нагоняй. Ну или… чего похуже устроит. А, может, и получше, и поприятнее. Н-да… что-то мысли у меня совсем не в ту сторону. Мало, что ли, сегодняшнего стриптиза было?

Решительно тряхнула головой, отгоняя от себя всякие неприличные мыслишки.

И вообще, пора бы уже занять себя чем-нибудь полезным.

В итоге достала из-за пояса перо и решила, пока не вернулся блондин, немного поэкспериментировать. Если у меня без его подсказок получится управиться с перышком, будет, чем гордиться. Ну и похвастаться тоже.

А дальше… чего я только не пробовала. Водила по нему и так, и сяк. И снизу вверх, и сверху вниз. И по направлению роста волосков, и против «шерсти». И сжимала, и разжимала. Твердеть стальное перо решительно не хотело.

Тяжко вздохнула и предприняла еще одну попытку. Как он там делал? Положить на ладонь, зажать большим пальцем и резко провести до кончика.

— Ты немного не так держишь, — вдруг раздалось сзади, а я чуть не подпрыгнула от неожиданности. И как он так незаметно подкрался?

Фауст приблизился, опустился на плед рядом со мной и аккуратно перехватил ладошку.

— Смотри, ладонь должна быть идеально прямая. Иначе можно порезаться. Большим пальцем нужно давить на стержень, так сильно, как только можешь. Правильное давление активизирует механизм вхождения звеньев друг в друга, за счет чего создается единая поверхность.

Мужчина с силой надавил на мой палец, и я услышала легкий, почти на грани слышимости, щелчок. С похожим звуком, пожалуй, выкидывается лезвие складного ножа.

— Вот так, а теперь веди. Скорость тут не столь важна, главное, не дать слабину, а то придётся начинать сначала.

Он медленно вел, направлял мою ладонь, а я с восторгом смотрела на то, как мягкие ворсинки под моими пальцами превращаются в гладкий отполированный металл

— Потрясно! — выдала я, вертя перед носом уже готовый блестящий клинок.

— Ну, это еще не потрясно, — легонько усмехнулся мужчина. – Потрясно – это когда подобное происходит прямо в воздухе, со всеми перьями сразу.

Я представила себе картинку и от удивления аж рот приоткрыла.

— То есть, ты можешь прямо в полете стать вот таким вот, — я провела пальцем по тонкому металлу, — стальным?

— Ага, — кивнул пернатый и легонько улыбнулся. – Я же ведь Стальной феникс.

Звучало убедительно. Но мне почему-то не верилось. Стальная птица… Это точно что-то из области фантастики. Совсем уж нереально.

— А как же летать с такими перьями? Тяжело же…

— Дурочка… — беззлобно обозвал меня Фауст. – Вес-то не меняется!

Я взвесила клинок на ладони, и до меня только сейчас дошло, что он легкий, словно пушинка. Поразительно. Твердый, острый, опасный — и ничего не весит. Идеальное оружие. А если десяток таких насобирать… то можно здорово ими кидаться. Надо будет потренироваться на досуге.

Улыбнулась своим мыслям, и улыбка эта вышла до нельзя хитрой и довольной.

— Что это ты задумала? – заподозрил неладное Фауст.

— Хочу тебя общипать! – радостно выдала я. – Чтобы быть во всеоружии, так сказать.

— И я, и я, — тут же поспешила заявить о своих желаниях сестричка. – Меня тоже научи! – попросила мелкая, глядя на Фауста щенячьими глазками.

Не знаю, что произошло, и с чем был связан благодушный настрой блондина, но Стаську он тоже научил. А еще показал нам обеим, как возвращать перо в прежнее состояние. Принцип тут был тот же, только вести надо было в противоположную сторону.

В общем, с перышком мы игрались еще минут пятнадцать.

— Круто-круто! – верещала сестричка, раз за разом проводя по остову.

Мягкий — твердый, твердый — мягкий. И так бесконечное количество раз. И никакого износа!

Младшенькая радовалась, как ребенок, а вот у меня по этому поводу почему-то вдруг возникла совсем не детская ассоциация. Интересно, а у мужчин… ну, их мужское достоинство по тому же принципу работает?

Фауст закашлялся.

— Ты чего? – спросила я, не понимая, чем вызвана столь бурная реакция.

— Я чего? – откашлявшись, вопросительно глянул на меня мужчина. — Да я вот думаю, тебе сейчас продемонстрировать, или как? – и посмотрел на меня с таким упреком, что мне стало неуютно.

И еще до меня, кажется, дошло…

— Я что, это вслух спросила?

— Ага, — подтвердил мои худшие опасения Фауст.

Ой, мамочкииии! Захотелось завыть с досады и обеими руками схватится за голову.

А еще я, кажется, покраснела. Впервые в жизни…

Блондин заметил смущение, но замять тему не спешил:

— Так что, тебе сейчас продемонстрировать? – таким многообещающим тоном повторил феникс, что меня повторно бросило в краску. Да что за фигня со мной такая?

Так, Люба, соберись!

— Эммм… Давай на следующем привале, а? – справившись с эмоциями, бодренько предложила я и первая схватилась за еду. – А фо офень куфать хофется, — уже с набитым ртом сообщила блондину, не отрывающего от меня подозрительного взгляда.

— А вы это о чем? – сделала крайне недоуменное лицо сестричка, и я мысленно порадовалась, что хотя бы в этом вопросе мелкая не просвещена.

—  Ну, хоть так, — был солидарен со мной Фауст, поглядывающий на сгорающую от любопытства Стаську.

Мне же надо было что-то ей отвечать. Да еще правдоподобно, а то ж не отстанет.

— А мы… про силки, — наудачу выдала я.

— Я Любе обещал показать, как их сссставить! – поддержал легенду Фауст, особенно выделив последнее слово. И у меня закралось разумное подозрение, что «ставить» мы будем нечто другое…

Впрочем, тему благополучно удалось замять. Все сосредоточились на еде, а после обеда, заметно отдохнувшие и в целом довольные жизнью, продолжили путь.

Как сообщил Фауст, дальше нам предстояло идти через лес, на опушке которого мы изволили трапезничать.

— Будьте аккуратны, — предупредил мужчина, стоило нашей разношерстной компании ступить под сень деревьев. – Это древний лес. Здесь таится много опасностей.

Я огляделась вокруг. Коротенькая травка, тоненькие березки, рябинки, осинки. Лес, как лес. Светлый, приветливый. Я б тут с удовольствием грибочки пособирала или повалялась на мягком ковре из сочно-зеленого мха. Какие тут могут быть опасности?

В общем, слова феникса всерьез я не восприняла, а потому…

— Неужели волки водятся? – смеясь спросила я и сделала страшные круглые глаза.

— Оборотни, — хихикнула Стаська, разделявшая мое шутливое настроение.

— И медведи. Людоеды! А может, даже снежный человек.

— Ага, а еще ядовитые змеи, гигантские осы и грибы-убийцы, — добавила мелкая.

— Кстати, грибы тоже не советую пробовать. Впрочем, как и ягоды, — спокойно сообщил Фауст, ничуть не задетый нашей издевкой. Привыкает потихоньку. – А по поводу опасных хищников… Змеи тут, и вправду, водятся, а еще карликовые виверны, болотные гидры, адские псы, химеры, древесные скорпионы и василиски. Так что советую не отходить далеко.

Эээ. Издевается, да? Это он мне сейчас всех мифических существ, что вспомнил, перечислил, или как? Да и вообще, старый древний лес должен выглядеть совсем иначе. А в этом разве что пушистенькие зайчики водятся.

— Это ты так пошутил, да? – решила уточнить у феникса, на что мне со всей серьёзностью ответили:

— По-твоему, я хочу вас запугать? – осведомился мужчина, а я неопределенно пожала плечами.

Феникс ни подтверждать, ни разубеждать меня не стал. Просто еще раз повторил.

— Просто держитесь ближе ко мне. И не трогайте ничего вокруг. Ясно? – И строго глянул сначала на меня, а потом и на сестру.

Мы синхронно кивнули.  Ну а что нам еще оставалось? Не спорить же. К тому же мы все равно не собирались никуда отходить.

Примерно через полчаса лес уже не казался мне столь приветливым, как вначале. Деревья становились все толще, все выше, лиственная подстилка под ногами мягче. На нашем пути все чаще попадались хвойные, и мертвые остовы деревьев, опоясанные гигантскими лианами. Где-то из-под земли торчали огромные извилистые корни, а где-то эта самая земля проваливалась оврагами и зыбкими рытвинами, заполненными дождевой водой.

Чем дальше, тем сильнее мне становилось не по себе, и желание держаться ближе к Фаусту, а еще лучше вцепиться в него руками и ногами, все возрастало.

— А ничего так лесок, — заключила Стаська, обведя взглядом кривое трухлявое дерево, выеденное изнутри, которое непонятно каким образом все еще держалось вертикально.

— Стась, отойди оттуда, — попросила я, резонно опасаясь, что это деревце вот-вот рухнет.
Сестричка скривилась, но послушалась.

— Трусиха, — буркнула мелкая и, насупившись, поплелась следом.

А лес становился все необычнее. Из-под земли вырастали огромные папоротники, лианы обвивали уже практически все деревья, свисали вниз гибкими змеями, стелились по земле, в поисках новой опоры, за которую можно было бы зацепиться. Я благоразумно все их перешагивала, Стаська же время от времени пинала ногами толстые стебли, за что удостаивалась косых взглядов блондина.

Дальше на пути нарисовались ни пойми откуда взявшиеся валуны. Огромные, гладкие, с северной стороны поросшие мхом и лишайником.

Фауст все эти камни старательно обходил стороной, сестричка же…

— Ух ты, какой цветок! – и вприпрыжку понеслась к ближайшему валуну, на котором обнаружились крупные розовые цветы с белой, почти что светящейся в полумраке леса каймой. Цветы были красивые, чем-то напоминали водные лилии, только лепестки мясистые, пушистенькие, со множеством коротеньких ворсинок, к которым так и тянуло прикоснуться. Я уже сделала шаг вперед, собираясь догнать сестру, как услышала резкий окрик.

— Стася, не трогай! – рявкнул феникс, и мелкая застыла с протянутой рукой.

— Почему? – обиженно протянула девчонка, у которой, считай, только что отобрали потенциальную игрушку.

— Это большая жирянка. Если не желаешь получить кислотный ожог, лучше не трогай, — пояснил пернатый, и Стаська тут же опасливо одернула ручку от манящего розового цветка.

Вот тебе и красота. Хищная и опасная. Для кого-то смертельно. Как пояснил позже феникс, на эти мясистые лепесточки обычно прилипают всякие жучки, ну и там же и разлагаются, питая своим соком растение. Еще по дороге феникс показал нам пару мухоловок и растение под названием «рыбий пузырь». Тоже хищное и очень опасное, причем не только для насекомых, но и мелких птичек, которые порой в этот пузырь попадаются

Короче, нам дали наглядно убедиться, что в этом лесу стоит быть начеку. А мне еще подумалось: «Если тут растения такие хищные, то какие же тут животные? И что будет, если мы на кого-нибудь наткнемся?» Надеюсь, Фауст сумеет нас защитить. Иначе бы он не рискнул нас сюда привести, ведь так?

Возможность убедиться в способностях феникса появилась довольно скоро. Мы петляли меж деревьев, стараясь не цепляться за лианы, как перед нами открылся довольно обширный перелесок. Широкий, просторный. Я уже обрадовалась, что наконец пойдем с комфортом — жуть как надоело пробираться через заросли.

Но Фауст вдруг резко остановился. Присел на корточки и сорвал с земли тонкий сероватый стебелек, пропустил его меж пальцев, и тот пеплом рассыпался в руках.

— Стойте тут — скомандовал феникс и сделал несколько шагов вперед. Мы с сестрой послушно замерли, во все глаза следя за нашим проводником.

Мужчина вновь опустился к земле и перетер в руках какое-то растение. Послышались негромкие ругательства.

— Уходим отсюда, — раздраженно выплюнул Фауст, вернувшись обратно. – Придется сделать крюк.

— Почему? – поинтересовалась я и немного загрустила — возвращаться в дремучие заросли совсем не хотелось.

— Там проходит зона обитания василиска. Видела, как стебелек прахом рассыпался? От дыхания василиска никнут травы и иссушаются деревья. – Я оглянулась назад, к перелеску, и обнаружила, что там, и правда, много сухих деревьев. Темных, безжизненных, тянувших крючковатые сухие ветки к небу.

— А от взгляда каменеет все живое? – опасливо спросила Стаська.

— Нуу. Это скорее миф. Да и дело не во взгляде, а во вредных испарениях, что исходят от его кожи. Они иссушают. И если находиться достаточно близко, или того хуже прикоснуться, то ничего хорошего точно не выйдет.

В общем, крюк нам пришлось сделать внушительный. Фауст постоянно трогал траву, изучал деревья и даже принюхивался, выбирая дорогу. Настоящий следопыт, ей Богу. Хотя, не исключено, что он и впрямь этому обучался. Да и все же это его родной мир. Должен же он в нем ориентироваться.

Спустя пару часов Стаська стала проситься на привал. Я тоже изрядно устала, но, в отличие от мелкой, останавливаться в столь недружелюбном месте у меня не было никакого желания. И я бы поддержала феникса в решении идти дальше, если бы не одно веское «но». Мне банально приспичило «в кустики».

— Эммм, Фауст, мне бы отойти… — несмело попросилась я, оглядывая ближайшие заросли.

— Хорошо, — сразу понял намек пернатый и тоже покрутил башкой, проверяя местность на наличие опасности. – Иди направо, — распорядился наш предводитель.

Ну, я и пошла направо. Феникс в тот момент стоял лицом ко мне, и кто ж знал, что он имел ввиду свое право, в то время как я свернула в свое. В общем, обогнула дерево, перешагнула через торчащий из земли корень, перелезла через бурелом, стараясь найти более-менее удобное местечко, так чтобы меня не было видно попутчикам, и чтобы в попу ничего ненароком не воткнулось. И если с первым еще можно было справиться, то вот со вторым было проблематично. Под ноги попадались сплошные ветки, будто кто специально хворост для костра набросал. Невезение просто какое-то.

А потом до меня донеслось:

— Люб, ты где? Ты не туда свернула.

И прямо за спиной раздался хруст ветки. Я мгновенно обернулась, решив, что это Фауст меня нагнал, и чуть не завизжала от страха, когда встретилась взглядом с желтыми, перечеркнутыми вертикальным зрачком глазищами.

Передо мной сидел дракон. Натуральный. Разве что размером не вышел. Настоящие драконы-то должны быть явно выше человеческого роста, а этот размером с королевского пуделя, не больше.

Но все равно, вид у него был устрашающий. Вытянутая морда на длинной подвижной шее. Острые иглоподобные зубы. Ноги почему-то две, вместо положенных четырех. А на месте передней пары конечностей небольшие, явно недоразвитые, крылья. С такими точно далеко не улетишь. Не поднимут увесистую тушку. Остается разве что хлопать ими по воздуху, словно боевому петуху, ввязавшемуся в драку.

— Люба, не двигайся, — раздалось откуда-то сбоку и, скосив глаза, я увидела стоящего в десятке метров Фауста, который медленно тянулся к поясу штанов. – Это карликовая виверна. Будь внимательна, у нее ядовитое шило на хвосте.

До этого момента я как-то опасалась зубов и изогнутых когтей на мощных лапах, но переведя взгляд на хвост с острой иглой-наконечником, поняла, что боялась совершенно не того. Хвост у виверны был длиннющий. И очень подвижный. Так и извивался вокруг тела рептилии. И при желании она могла запросто меня им достать.

Захотелось драпануть. Очень так. И не важно, в какую сторону. Но я старалась сохранять спокойствие и действовать благоразумно. И сейчас мое благоразумие подсказывало, что стоит положиться на блондина, тем более что тот потихоньку вытягивал из-за пояса короткий кинжал.

Виверна гнула шею и настороженно пялилась, то на меня, то на феникса. Видимо, решала, кто из нас вкуснее. Или на кого кинуться первым. И так как я стояла ближе, то было вполне очевидно, что добычей выберут меня.

— Так, Люба, на счет «три» резко пригнись вниз, поняла? – вполголоса и очень спокойно попросил феникс.

— Зачем? — пискнула я. Виверне мой писк не понравился. Она ощерилась и с силой хлестанула хвостом по земле.

— Отвлечь внимание. Эти твари, зараза, очень шустрые. Не хочу спугнуть. Но ты не волнуйся, я прикончу ее раньше, чем она до тебя доберется, — успокоил пернатый.

— Хорошо, — прошептала я, не отрывая глаз от опасной иглы на кончике нервно подергивающегося хвоста.

— Раз, два… три!

И я резко присела вниз и зажурилась. Кинжал Фауста со свистом прорезал воздух, пролетев буквально в метре от меня, а когда я распахнула глаза, он уже красовался в глазнице убитой рептилии, игриво поблескивая зелененьким камушком на рукояти.

Фуух! Пронесло. А блондин-то меткий, оказывается!

Я облегченно вздохнула, поднялась с земли и уже сделала шаг по направлению к своему спасителю, как рядом раздалось злобное шипение.

Резко развернулась, позабыв о том, что в опасной ситуации лучше замереть на месте, и узрела еще одну виверну размером чуть покрупнее, что выбросила наконечник хвоста в мою сторону.

Все произошло столь молниеносное, что я даже дернуться не успела. Просто почувствовала короткий укол в шею. Совсем не страшный. Будто оса укусила. Только вот, от укусов осы колени не слабеют, и земля не уходит из-под ног. И повстречаться бы мне носом с этой самой землей, если бы меня очень вовремя не поймали крепкие сильные руки.

Фауст.

Последнее, что помню — мужчина прижимает полуобморочную меня к своей груди и впивается в шею жесткими губами.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *