Глава 12

Олли был прав. Помочь Даше мы ничем не можем. Вот совсем. Противостоять древнему дивному просто невозможно. Особенно нам с Крионой.
И потому, самое лучшее — это выкинуть данный эпизод из головы.
В конце концов, от страстных романов еще никто не умирал. А Тай девушке изначально понравился, и если он не будет идиотом, то вполне сможет перевернуть ситуацию в свою пользу. Ну, я на это надеюсь.
Пока размышляла, мы добрались до площади, на которой и проводилась ярмарка.
У меня загорелись глаза, и захотелось бежать сразу на все стороны света разом. Тут было столько всего интересного!
Так как ярмарка была ромийская, то не могло обойтись и без лошадей, так как это основной товар кочевого народа.
Но копытными дело не ограничивалось, продавали традиционные сладости, платки и шали, кожаную обувь, сделанную по особой технологии и которой, как убеждал продавец, «век сноса не будет!» Не сказать, чтобы я особо поверила, но мокасины купила. Оказались очень удобными. А мне еще Анли-Гиссар искать. И по нему скакать… Так что пригодится! Тем более в список достоинств обувки входили также морозостойкие качества. Проверим, протестируем.
Хороший праздник. Яркий, заразительный, невозможно не улыбаться. Уличные представления, сладкие орешки, которые пихнул мне в руки Олли, и я уже не обращала внимания на то, что ушлый дракон, воспользовавшись тем, что я постоянно на что-то отвлекалась, уже давно обнимал меня за талию.
Криона хоть и вела себя менее восторженно, но все равно с интересом крутила головой по сторонам.
Это я… как ребенок. Ну что поделаешь, если интересно?!
— Смотри, — Олли привлек меня ближе к себе, скользнул пальцами по подбородку, осторожно заставляя повернуть голову вправо.
— Зачем ты так делаешь!? – недовольно зашипела, рывком высвобождаясь.
— Мне нравится тебя касаться, — спокойно пояснил Оллисэйн, послушно отходя на пару шагов– Ты лучше смотри!
— Куд… – начала я и осеклась.
На мостовой танцевала босая девушка. Смуглая, гибкая, красивая, она походила на мотылька своими движениями. То плавными и размеренными, то резкими и стремительными. Яркие юбки то обвивали стройные бедра красавицы, то колоколом развевались, когда она кружилась. Весело звенели браслеты на стройных щиколотках, с едва слышным стуком сталкивались крупные костяные бусины, вплетенные в косички, которые терялись в буйной гриве волнистых волос.
Она была прекрасна… Фейри. Внезапно поняла я. Дивная. Хоть внешность похожа на ромийскую, и одета девушка в традиционное платье, но она не человек.
Везет нам на этот народ в путешествии.
Музыка становилась все быстрее, движения все резче, на смуглой коже начали проступать бисеринки пота. Но она только вытерла взмокший лоб, запрокинула голову, рассыпая волнистые черные волосы по спине, и улыбнулась небесам. Вскоре барабаны замолчали, и она медленно осела на землю.
Но это оказалось не все.
Девушка не поднималась, а рыжий молодой человек со странной прической, который подыгрывал ей на гитаре, что-то сказал барабанщику, тот кивнул в ответ, и полилась томная, неторопливая мелодия.
Фейри повела плечами и плавно выпрямилась. Откинула назад густые локоны и изогнулась в такт музыке. Согнула ногу в колене и медленно встала. Текучее движение, разворот, изгиб тела, позволяющий оценить красоту высокой груди и тонкость талии.
Кто-то из молодых ромийцев попытался выйти в круг, станцевать с прекрасной танцовщицей этот тур. Но ему не дали. Неподалеку открылся туманный портал, оттуда как ошпаренный вылетел высокий, худощавый мужчина в очках. Злой. Очень злой. За ним следом выскочила какая-то невысокая русая девушка, которая ухватила мужчину за рукав и попыталась что-то втолковать. Я услышала только отголоски сквозь музыку «Кейран, так нельзя… ее право. Ее доля». Он ничего не ответил. Оглядел картину: красивый, в чем-то откровенный танец, мужчина, который хочет составить девушке пару, и побледнел еще больше. Стащил с острого носа очки, вручил своей спутнице с инструкцией «Не потеряй, Аля», затем закатал рукава белой рубашки и решительно направился в круг.
Танцовщица его заметила. Бросила взгляд на своего рыжего спутника, и он покачал головой, показывая, что спасать девушку не будет точно.
Фейри пожала плечами, развернулась, подобрала юбки и стремительно задала стрекача.
Кейран попытался было ее отловить, но она так быстро растворилась в разноцветной толпе, что найти ее там было очень проблематично. Ведь юбки на всех девушках цветастые, шали яркие, а волосы черные и кучерявые.
— Не повезло Советничку, — прокомметировал увиденное Олли, который опять ухитрился очутиться совсем рядом и даже взять меня за руку.
Я выдернула лапку, поджала губы и недовольно погрозила ему пальцем. На блондина это впечатления не произвело, он подмигнул, поймал ладонь, быстро поцеловал пальчики и отпустил прежде, чем я успела слишком громко возмутиться.
— О чем ты? – решила отвлечь ненормального разговором.
— Только что ты имела счастье лицезреть Кейрана Мерцающего, первого советника ее Величества Императрицы, — хмыкнул Златогривый. — Танцовщица – Садовница императорского сада. И судя по тому, что Кейран теперь имеет моральное право ее догонять, своего он все же добился и отношения сдвинулись с мертвой точки.
— Э-э-э… — не разобралась я в хитросплетениях взаимоотношений верхушки аристократии Изначальной Империи. Особенно тем, что они делают в захолустном городке!
— Это не секрет, — широко улыбнулся Златогривый. – За этой фейри он уже лет семь точно бегает. Когда я в последний раз был при дворе, было все еще безрезультатно.
— А когда ты был? – полюбопытствовала Криона.
— Несколько лет назад. Еще при прежнем правителе.
— Понятно, — проследила за тем, как спутница советника возвращает ему очки, что-то спрашивает у рыжего гитариста, тот качает головой, она пожимает плечами и создает портал, в котором скрывается сначала Мерцающий, а за ним и сама странная девушка.
— Пошли дальше, — потянул нас ледяной. – Тут представление уже закончилось.
Ну, мы и пошли. После того, что увидела, я была задумчивой, но скоро карнавал ярмарки опять вовлек меня в свой круг и о странной сценке уже не вспоминалось.
Пока я не наткнулась взглядом на Садовницу, сидевшую на облучке кибитки. Она цепко, внимательно оглядывала нашу троицу и хмурилась, теребя странный медальон на шее, поглаживая крупный камень в центре, как будто раздумывала нажимать или нет.
Поняла… Что мы крылатые.
Я с испугом смотрела на тонкие пальцы, ласкающие металл, подняла взгляд на ее лицо и с мольбой посмотрела в темные глаза. Она несколько секунд все так же морозила меня взглядом, а выражение ее лица смягчилось, а рука покинула медальон и легла на обтянутые цветной юбкой колени.
— Ребята, мне надо отлучиться, — подала голос Кри и, не дожидаясь ответа, скрылась в толпе. Я озадаченно проводила взглядом рыжую шевелюру и не обратила внимания на то, что Олли задумчиво оглянулся, и отступив в проход между кибитками рывком затянул меня туда же.
— Ты что делае… – закончить я не успела, Златогривый окинул меня жадным взглядом, и недолго думая впился в губы поцелуем.
Я попыталась вырваться, уклониться, но мужчина одной рукой держал меня за талию, прижимая к себе, второй за затылок, не позволяя. Я попыталась сказать что-то протестующее, но стоило приоткрыть рот, как наглый дракон тут же этим воспользовался, углубив поцелуй. Целуя, лаская, пытаясь добиться ответа. Чувствуя, как от прикосновений загорается тело, я похолодела от ужаса на такую реакцию и теперь пыталась вырваться с удвоенным энтузиазмом. Он же гладил спину, мимолетно прошелся по ягодицам, добрался до груди, сжав нежный холмик, проведя большим пальцем по тут же напрягшемуся соску.
Так дело не пойдет! От отчаяния сделала последнее, что все еще могла. Укусила его за губу, но на мужчину это не произвело особого впечатления. Отстранился он только через несколько минут, когда понял, что я не отвечаю на его поцелуи и прикосновения. Хотя один создатель знает, чего мне это стоило!
— Милая, — мурлыкнула бессовестная сволочь, все так же прижимаясь ко мне бедрами, позволяя ощутить силу его желания. – А ты знаешь, что кровь фейри обладает возбуждающим эффектом? Так что твой поступок был немного неосмотрительным, — скользнул губами по моей шее, заставив кожу покрыться мурашками, и хрипло выдохнул. — Сама теперь ночью придешь.
— Я лучше женщину -дроу отыщу, — зло пообещала, отталкивая блондина. – Они все равно бисексуальны!
Отталкиваться он не желал категорически, как голодный, добравшийся до желаемого, он прижимал к себе, гладил, перебирал волосы, пытался вытащить рубашку из штанов. Почувствовав горячую ладонь на уже обнаженной пояснице, я решила, что теперь можно паниковать!
Силой с ним ничего не сделаешь, и до разума пытаться достучаться бесполезно, так как в золотых глазах есть только желание. Когда он снова начал меня целовать, я поняла — дело дрянь. Значит, остается одно. Сыграть на самолюбии.
Эта скотина уже наполовину расстегнула рубашку и теперь гладила живот, неторопливо подбираясь к груди. Вопреки убеждениям я стала дрожать, и отнюдь не от страха! Вашу же мать и чтоб эту огненную натуру!
Закрыть глаза.
Так… прогнуться в пояснице, обнять его за шею, смирить порыв дать по морде при виде довольного выражения на оной. Поцеловать чувствительное местечко за ухом, податься грудью навстречу легшей на нее руке. Уже с моих губ сорвался удивленный возглас, когда Оли сжал чувствительную вершинку.
А теперь приникаем ближе, целуем, все еще не открывая глаз. Затем утыкаемся в шею и томно выдыхаем:
— Вейл… — и стараясь не допустить в голос злорадство и предвкушение добавила. – Любимый.
Олли замер, и я, было, возрадовалась, что тактика сработала. Но вдруг мужчина затрясся, и я всерьез обеспокоилась его душевным здравием. Раздавший следом смех вызвал недоумение.
— Ира, ты чудо! – отстранился блондин, и отошел на шаг, убрав от меня руки, оглядел с ног до головы и весело закончил: – Птичка наивняк, вымирающий вид!
— Что?! – зло спросила, поспешно застегивая и заправляя рубашку. По ходу заметила на земле пару « с корнем» выдранных пуговиц. Вот грубиян!
— Ты правда думаешь, что такой банальный прием способен что-то изменить? – вскинул белую бровь дракон.
— Ну…. – всерьез задумалась, и радостно ответила. – Сработало же!
— Пра-а-авда? – протянул ледяной и сделал мягкий шаг в сторону, перекрывая выход из того закутка, где мы находились. Я нервно оглянулась и осознала, что это тупик. Во всех смыслах.
— А разве нет? – почему-то вместо грозного вопроса получился жалобный писк.
— Нет, — ласково взглянул на меня Златогривый, опираясь на стенку одной из повозок, и снисходительно разглядывая загнанную в угол «дичь». – Ири, ты стонала минутой ранее, отнюдь не от ласк своего мужа. И прекрасно осознавала, где ты и с кем. Так что не надо лицемерить. Ты этого не умеешь.
— Значит так, — я зло поджала губы. – Говорю в последний раз! Да, ты мне нравишься, ты меня привлекаешь, но это все, что я к тебе чувствую. Олли, я предпочитаю заниматься любовью, а не сексом или еще чем-то из менее благозвучных синонимов. А «любовью» можно заниматься только с любимым, — теперь в желтых глазах напротив, тлело раздражение, а лицо лорда Ледяного Предела медленно каменело. – Да, я огненная, а ты, как красивый мужчина, меня возбуждаешь. Вдобавок прекрасно знаешь, как следует вести себя с женщиной. Да и в вашем с Вейлом возрасте этого могут не знать только полные дегенераты. Так что, милый мой друг, не вижу ничего удивительного в том, что ты смог произвести впечатление на юную драконочку, только миновавшую первое совершеннолетие.
— Ай-я-яй, — язвительно прошептал приятель. – Маленькая драконочка с удовольствием топчется по моему самолюбию. Может, еще вспомнишь, что мы с твоим мужем друзья? Для полного комплекта обвинений.
— Смысл? – пожала плечами я. – То, что к дружеским чувствам взывать бессмысленно, я поняла уже давно. Странно, кстати, что они атрофировались.
— Я уже объяснял, — зло рыкнул он, и я поняла, что эта тема для Златогривого слишком болезненная.– Я — фейри, Ирьяна. Магии в моей крови очень много. А с ней и свойств этого чокнутого народа. И уж если я влюбляюсь, то все остальное отключается напрочь. Со мной такое в первый раз… Раньше думал, что это проклятье меня стороной обойдет. Почти четыреста лет нормально прожил. А тут вот так приложило.
-И поэтому тебе плевать на любую мораль, принципы и мое мнение по данному вопросу? – едко поинтересовалась я.
— Я ничего с этим не могу сделать, — передернул широкими плечами блондин. – Это как стихия… Поглощает, понимаешь? И нет ничего важнее, чем быть рядом с той, кто эти чувства вызвала. Иначе утонешь…
— Да ты что?! – раздосадовано вскрикнула я. – Бедный, несчастный, во всем виновато коварное наследие предков, а у тебя самого нет воли никакой. Так что ли?
— С тобой бесполезно объясняться, — холодно ответил Сэйн, надменно вздернув подбородок. – Я все уже сказал. Выводы за тобой.
— Ты еще и бессовестный шантажист, — решила припомнить Златогривому все, что могла. – Прекрасно знаешь, что я не хочу, чтобы ты ехал с нами, но все равно навязываешься! Да еще и требуешь!
— Милая, если бы я был тем мерзавцем, которого ты сейчас рисуешь, то сегодня вечером потребовал бы этот самый долг и спокойно уложил тебя в постель, — неприятно улыбнулся мужчина. – И ты бы и слова против не сказала.
Смирив вспышку гнева, я спросила:
— Я могу надеяться на остатки твоей щепетильности?
— Ири, мне очень обидно, что ты так плохо думаешь обо мне, — неожиданно горько сказал Олли.
Где-то над головой раздался шорох, я подняла глаза и заметила кудрявую макушку, скрывшуюся за крышей кибитки.
Хм…
— Давай уже покинем это место, — холодно ответила мужчине. – Криона, наверное, уже давно нас ищет.
— Прошу, — он отошел от прохода и склонился в безупречном полупоклоне, который в этом месте, в человеческой Империи, в самом центре ромийской ярмарки выглядел дико.
— Благодарю.
Не глядя на него, прошла мимо, вновь с головой окунаясь в шум и веселье праздничной толпы.
Криону мы не увидели. Что было вполне ожидаемо, ведь блондинистый прохвост, и не подумал поставить девушку в известность о своих развратных планах!
Пятиминутные поиски тоже ничего не дали.
— Рыжая вас искала, — вдруг услышали мы красивый, мелодичный голос.
Развернувшись, мы увидели стоящую в двух шагах от нас Садовницу. Все еще босая фейри, склонив голову набок, с любопытством нас разглядывала. По губам девушки скользила лукавая улыбка, она переводила взгляд с меня на Олли и обратно, как будто над чем-то раздумывая.
— Здравствуйте, Лорд Оллисэйн, — наконец произнесла она. – Странно вас здесь видеть.
— Могу ответить тем же, леди Ровена, — Олли поклонился и поцеловал протянутую ему руку.
— Крылатым сейчас не место в Изначальной, — мелодично пропела Ровена. – Более того, до темноты вам нужно отсюда уйти. В городе твари.
— Но тогда… — растерялся Златогривый, который, как и я, видимо, не понимал, почему не известили население.
— Они не нападают, — покачала головой фейри. – Они что-то ищут. Или кого-то…
— Хорошо, мы уедем сегодня. Спасибо за совет, дивная.
— Ваша подруга у конных рядов, — Садовница кивнула вправо.
— Спасибо, — Сэйн послал ей одну из своих очаровательных улыбок, и мы направились в указанном направлении.
Какая… странная.
Криону мы нашли довольно быстро. Она, и правда, рассматривала лошадей, притом причем, судя по ее восхищенному взгляду, явно положила глаз на гнедого жеребчика. Но сейчас мы были не в том финансовом положении, потому девушке ничего не оставалось, как, разочарованно повздыхав, пойти с нами.
Так как ярмарку уже обошли вдоль и поперек, да и в виду того, что говорила Садовница, было принято решение возвращаться в трактир и уезжать из города.
Невеста Наследника заметно нервничала и время от времени оглядывалась, словно чего-то ждала.
Я послала ей вопросительный взгляд, но Кри в ответ только покачала головой, а затем переместилась ближе ко мне. Так, мне кажется, или что-то назревает?!
Предположения подтвердись спустя минуту.
Перед нами выскочила молодая, красивая, злющая ромийка, ткнула пальцем в опешившего Олли и завопила на на всю площадь:
— Да вы полюбуйтеся на этого злыдня! – девушка откинула с лица прядь волос и, не позволяя обруганному дракону и рта раскрыть, снова закричала. – Я его жду-жду! Днем не сплю, ночами не доедаю, похудела, отощала, а он тут с какими-то девками милуется?! Да что же это творится, люди добрые?!
Собравшиеся вокруг «люди добрые», на мой взгляд, как раз этим качеством не отличались…
— Девушка, вы вообще кто? – осторожно спросил Златогривый.
— Как это кто?! – вообще на ультразвуке завизжала красотка. – Ах ты сволочь, мать своих четырех детей не узнаешь!? — она на миг замолчала, а после чего раздалось оглушительное: – Па-а-апа-а-а!
— Что доча? – пробасили откуда-то сверху.
Я подняла голову и обомлела. Таких здоровенных мужчин я никогда не видела.
— Отходим, — вдруг шепнула Криона и дернула меня за руку, увлекая за собой.
Уже в отдалении я слышала завывания:
— Да вы посмотрите, как он вырядился! Я и наши пять детей голодаем, а он фасонит!
— Только что было четыре, – попробовал сказать кто-то.
— Так я беременная же! – мигом нашлась скандалистка.
Большего я не слышала, так как мы уже удрали с площади.
— Твоих рук дело? – спросила у подруги, которая по-прежнему неслась вперед. Она только молча кивнула. – Они же его убьют!
— Неа, — хихикнула рыжая. – Я им за это не платила!
— Ну ты и лиса, — восхищенно покачала головой я.
Дальше мы бежали молча, берегли дыхание.
На землю уже опустились сумерки. Я давно запуталась с направлением, но огненная уверенно вела меня за собой, и я привычно доверилась ей.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *