Факультет интриг и пакостей 3. Глава 2

Факультет интриг и пакостей 3. Глава 2

Боевые действия на пересеченной местности

 

 

Из легких выбило воздух, в плече что-то хрустнуло, но эта боль и отрезвила. Я со стоном приподнялась на локте здоровой руки и получила сомнительное удовольствие наблюдать, как сфера превращается в тусклую, печально знакомую облачную фигуру.

– Ма-а-авочка! – прошелестел призрак. – Княжна. Маленькая, беззащитная… Мое море… море силы!

Леший! М-м-мать моя болотная!

Вот как угораздило?!

– М-а-авочка… – продолжил завывать призрачный злодей, медленно на меня надвигаясь. – Попа-а-алась!

Надо признать, что первой реакцией было желание убежать . Притом даже вставать не обязательно! Я ощущала психологическую готовность покорять парк Академии на четвереньках, лишь бы оказаться подальше от духа-убийцы.

А оного, кстати, явно заклинило.

– Ма-а-а-авочка! Си-и-ила!

Было страшно. Но как-то странно. Когда я столкнулась с этой сущностью в первый раз, меня пробирало до самых костей от ужаса. Я не могла думать ни о чем ином, мне было холодно и пусто… словно до той грани, что отделяет мир мертвых, оставался лишь шаг, и я почти его сделала. Тогда я была одна и ни на кого не надеялась.

А сейчас в душе жила неистребимая вера, что все обязательно будет хорошо и меня успеют спасти. Или хотя бы задержать гада. Навь просто обязана прийти, ведь явилось именно то, ради чего серую псину ко мне и приставляли! Да и вообще… территория Академии Триединства нашпигована сигналками и разнообразными тварями разной степени отвратности. И, в конце концов, сейчас неподалеку от меня валяется жутко отважный и сильный древний вампир!

Вспомнив про своего клыкастого рыцаря, я удачно дрыгнула ножкой, заехав ему по колену. Мы с призраком терпеливо переждали, пока Дарин закончит удивлять нас матерными лексическими оборотами и, поймав взгляд препода, я откашлялась и завизжала.

Мавочно ужасно, да-да.

– При-и-и-израк!!!

Вдалеке завыли волки-оборотни, заскрипели деревья, облетела часть листвы, привидение озадаченно попятилось, вампир сделал попытку отползти от меня подальше.

Замолчала. Воцарилась тишина. Клыкастый красавец, на которого я возлагала такие надежды, только озадаченно тряс головой, пытаясь прийти в себя.

Дух же оказался не без чувства юмора.

– Ну, призрак… – потусторонне провыла эта гадость, протягивая ко мне полупрозрачные щупы. – Но зачем же так орать?!

В этот поистине эпичный момент дрогнуло пространство, и между мной и духом из воздуха выпрыгнула навь.

– Всем добрый вечер! Спасибо, что подождали!

– Ты где была?! – рявкнула я, злобно глядя на серую нежить, которая имела наглость плюхнуться на хвостатую задницу и задумчиво почесаться.

– Рядом, – зубасто улыбнулась красноглазая красотка. – Но этот уникум потустороннего мира умудрился запечатать пространство. Потому пришлось ломать грани и пройти по краю Изнанки, чтобы все же появиться в реальном мире. Вот и опоздала малость. Но спасибо, что без меня не начали!

Вампир, по-прежнему матерясь, с хрустом вправил себе ногу и, пошатываясь, встал. Когда выпрямился, к нему вернулась часть цензурного словарного запаса и он, слегка поклонившись в сторону новоприбывшей, проговорил:

– Все для вас, дорогая Таль.

– Ой, какое милашество! – почти прослезилась нежить, поднимаясь на все четыре лапы. – Дарин, вы сама галантность! Но, право, хватит расшаркиваться… нас ждут!

Дальше все было настолько стремительно, что я даже не поняла, когда это началось. Вампир и навь, которые только что вели почти светскую беседу, одновременно прыгнули в сторону призрака. Стервь за доли секунды увеличилась в размерах почти в два раза, обросла иглами и странными наростами, а в руках у Дарина Енира появились клинки, словно выточенные из горного хрусталя. Он кинулся на духа, рассекая метнувшиеся к нему туманные плети, которые рассеивались в воздухе от соприкосновения с прозрачными лезвиями. Но возникали все новые и новые, не позволяя преподавателю добраться до привидения. Таль же описала круг почета вокруг сражавшихся, и спустя миг стало понятно, что она создала защитную стену, которая не выпускала оттуда никого.

Дух оказался в ловушке.

Но и господин Енир тоже.

Туманный убийца рассеялся в воздухе, но поняв, что никуда не может уйти, снова соткался и, приняв облик гигантской змеи, одним движением хвоста отшвырнул вампира. Мой клыкастый рыцарь распластался по стене защитного купола в живописной позе… Вокруг его фигуры на радужной глади появились трещины.

– Ну что ж ты так, а? – укоризненно посмотрела на него Стервь.

– У-у-у-у! – радостно взвыл дух, до которого, похоже, тоже дошло, что купол уязвим к силовым воздействиям.

Дальше вампира можно было только пожалеть…

Я прищурилась, внимательнее разглядывая фигуру Дарина, которого небрежно швыряло от одной стенке купола к другой. Навь радостно смотрела на все это дело из-за границы круга и, судя по всему, вмешиваться не собиралась. Вот же… тварюка! Боль и страдания – счастье для Стервочки?

Приложило клыкастого неслабо, хотя странно, что удар вывел из строя древнего вампира. Объяснение отыскалось почти сразу. Мощная фигура преподавателя оказалась окутана слабо искрящейся, почти невидимой глазу обездвиживающей сетью. М-да… умно! Спеленали и теперь используют в качестве кувалды.

– Таль! – не выдержала я на особенно размашистом ударе. – Сделай что-нибудь!

– Зачем? – серая зверюга перевела на меня удивленный алый взгляд. – У него все под контролем!

– У кого?! – возмутилась я. – У призрака что ли?!

– Нет, конечно, у нашего доблестного преподавателя! Он отважно, рискуя своей жизнью, задерживает нашего врага до подхода основных сил Академии Триединства! – навь разъяснила непонятливой мне подоплеку происходящего.

– Дух его убьет! И вырвется из клетки!

Стервь на секунду задумалась и, встряхнувшись, отчего шипы с шелестом развернулись гребнем по позвоночнику, признала:

– Ну да, как вариант…

– И?!

– Ты можешь попытаться убежать, – флегматично посоветовала эта поганая нежить, с интересом наблюдая за полетом господина Енира. – Ой, ручку сломал, кажется… Да еще и неудачно! Какая прелесть! Стоит потом навестить его в лазарете! Такие переломы всегда срастаются крайне болезненно!

Я мрачно уставилась на эту равнодушную ко всему, кроме собственных садистских удовольствий, с-с-собаку. Бежать и не подумала. В конце концов, привидению ничего не стоит меня догнать, да и должны же, наконец, сюда подтянуться основные силы нашего славного и подлого заведения?!

Вышеупомянутые оказались легки на помине.

Они появились с четырех сторон, как витязи из древних преданий.

Величественные, красивые, овеянные своей силой и вызывающие восторженный трепет и дрожь в коленях! Вернее, все это было бы, встреться я с ними при других обстоятельствах, со здоровой рукой и не в нескольких шагах от дохлого маньяка, который страстно желал меня сожрать вместе с астральными потрошками!

С севера пришел белоснежный лис. Залитый серебряным светом так кстати выглянувшей из-за облаков Селены. Он казался духом из параллельного мира. Существом сказочным, непостижимым… нездешним.

С юга пришел лорд Эдан Хрон. –черная ночь по сравнению с белым кицунэ. Он терялся в тенях, становясь их продолжением, неслышно ступал по опавшей листве, неотвратимо приближаясь к куполу с запертым там призраком, который перестал взламывать полог и теперь лишь настороженно наблюдал.

С западной части небес, словно воскрешая догоревший закат, багровым облаком спустился лорд Сибэль. Алый плащ окутывал фигуру умертвия, лунные отблески играли на багровом клинке Короля Нежити, терялись в его красных глазах.

Ильсору достался восток. В этот раз глава Ассамблеи призраков был ярким, четким и на удивление… живым. Да, искрился синим светом, но сейчас он напоминал не легкое сияние, а мощное пламя. Искры пробегали по контурам фигуры, сверкали на бесчисленных косичках в его прическе, отражались в хищных глазах.

– Пр-р-ришли! – рыкнул дух-убийца, напоследок швырнув вампира в сторону Ильсора.

Ильс махнул рукой, фигура Дарина Енира окуталась невесомым сиянием и медленно опустилась на землю.

А дальше все было стремительно и четко. В отличие от клыкастого и нави новоприбывшие господа тянуть не стали. Не было сказано ни единого слова, просто четыре тени метнулись к сверкающему радугой защитному кругу.

Да, они решили не оставлять призраку ни единого шанса.

И я искренне считала, что все закончится быстро. Тут просто не было иных вариантов! Все же, Эдан Хрон, по прозвищу Черный Принц, был одним из сильнейших хвостатых северных демонов, а его племянник являлся поистине достойным преемником. Алинро Нар-Харз очень многого добился, был силен, и в его руках сверкал полупрозрачный клинок, который мог сразить призрака. Про Сибэля я мало что знала, но почему-то казалось, что мало кто из ныне живущих мог что-то ему противопоставить. Главой СБ так просто не становятся. Ильсор… Ильсор вообще самая ужасная потусторонняя жуть, которую я встречала в жизни. Временами я его боялась больше, чем призрачного убийцу, родственников и Алинро Нар-Харза вместе взятых. Короче, вспомнив про все это, я приготовилась наблюдать, как дохлого любителя мавок и моей силы разделают под орех и порежут на туманные лоскуточки.

 

Неожиданности начались практически сразу. Купол защиты дрогнул и исчез, но напасть наша эпическая четверка не успела. Стоило радужной пленке пропасть, как неведомая сила вздернула в воздух поверженного вампира и швырнула в Ильсора. Уже второй раз! Видимо, понравился наш клыкастый в качестве метального снаряда! Глава Ассамблеи в этот раз не стал ничего делать для мягкой посадки преподавателя. И даже не подумал уклониться, рассчитывая, что физический объект просто пролетит сквозь него. Как оказалось зря. Дарин Енир и правда прошел сквозь эфирное тело моего покровителя и рухнул на землю. А Ильсор… засверкал красным светом и развеялся в туман, который опал на землю, словно тяжелая вата.

Я охнула, прижав к губам здоровую руку и нервно прикусив указательный палец.

Как?! Как это случилось?!

На запястье Эдана Хрона тускло засветился браслет, и ректор отвлекся, за что и поплатился. Почти прозрачная змея метнулась к нему, обхватывая горло и отшвыривая в сторону. Особых повреждений эта атака не нанесла, но позволила выиграть время. Дух-убийца метнулся к упырю и окутал его фигуру плотным покрывалом. Сначала он искрился едва заметными голубыми искрами, но постепенно цвет становился все насыщеннее… а Сибэль двигался все медленнее, пока не упал на траву.

Видя, что случилось, Алин не торопился с нападением, настороженно обходя по кругу упавшего некроэльфа, на котором, словно гигантская пиявка, сидел призрак.

– Как интересно, – пробормотал лис, поудобнее перехватывая кинжал, но не торопился спешить на помощь умертвию.

Тем временем лорд Хрон все же пришел в себя и, увидев, что происходит, заорал:

– Алин, прерви его питание!!! Если эта гадость окончательно высосет Сибэля, то мы с ним точно не справимся!

– А там есть что высасывать? – с холодным любопытством спросил Нар-Харз, но все же подчинился приказу и прыгнул вперед, вонзая ритуальный нож в ключевую точку переплетения энергетических линий призрака. Оставив оружие в духе, лис быстро откатился на прежнюю позицию и достал из-за пояса еще один кинжал.

– Отвлеки его и не дай уйти!

Эдан Хрон стал бормотать какие-то заклятия, его руки окутывались сверкающей паутиной черного цвета, на которой, словно звездочки, висели белоснежные огоньки. Нити сползали с изящных пальцев ректора на траву, оплетали тонкие стебли, стремительно распространялись по поляне… заключая в круг Алинро и его противника.

Я с ужасом поняла, что моему лису придется драться один на один с тем, кто играючи развеял по ветру Ильса, с легкостью одолел нашего главного упыря и непонятно что сотворил с Эданом Хроном – Черный Принц не спешил лезть в открытую схватку.

Кажется, в этот момент я впервые четко и ясно осознала, что Алина могут убить. И я его не увижу, не… не обниму, не смогу просто быть рядом.

А ещё поняла, что «ледяной ужас» – это не просто красивое, поэтичное выражение. Именно это чувство сейчас вымораживало меня изнутри, мешало дышать… запирало в горле крик.

Дух все же отлепился от несчастного упыря и соткался в подобие человеческой фигуры. Нож по-прежнему торчал в его теле, и призраку явно приходилось непросто. Контуры фигуры потустороннего убийцы дрожали, и он вновь становился все бледнее, словно расставаясь с энергией, отобранной у Нефигасэй-Сибэля. А кинжал постепенно темнел… Призрак попытался вытащить его щупом, но ничего не получилось.

– Молокосос хвостатый, – с отвращением прошипел он.

– Может, и так, – казалось, ни капли не обиделся Алин. – Но сейчас именно твоя покрывшаяся астральной плесенью тушка в шаге от окончательного посмертия, а не я.

– С-с-самонадеянный. Прямо как дядя…

Больше развивать полемику противник Нар-Харза не стал. В белоснежного кицуцэ метнулись жгуты силы, которые на лету превращались в подобие разъяренных змей.

Если бы я не была настолько ошеломлена и испугана, то на этом эпическом моменте у меня бы непременно отвисла челюсть. Что это за трудноубиваемая, уже когда-то неблагополучно сдохшая гадость?! Духи априори не способны на такое! Из своего эфирного тела они могут формировать только подобие того, чем были при жизни!

Сражаться с призрачными змеями Нар-Харз и не подумал. Он увернулся и, перекатившись по траве освещенного круга, за пределами которого становилось все больше чуть слышно звенящих черных нитей, оказался с другой стороны от своего противника. Ну а невероятные земноводные вернулись к своему хозяину, и теперь извивались у его… ну, скажем, ног. Развеиваться змейки и не думали, только становились все более четкими. Подозреваю, что и более опасными тоже.

Алинро, судя по серезному лицу, тоже проникся тем, насколько оригинальный и интересный ему достался противник. И даже демонстративно порадовался этому факту!

– Ну, что же… – во второй руке Нар-Харза появился еще один клинок, и лис с усмешкой закончил: – Если я сейчас и погибну, то в схватке с поистине реликтовым ископаемым. Ты откуда вылез, чудо? Из какой щели времени просочиться умудрился? Столько столетий прошло, и вдруг сейчас решился на активные действия, да еще и во вред родному детищу – Академии. Помнится, ради нее ты и сдох некогда. С чего это такие перемены, василиск?

Кто?!

У меня над ухом раздался удивленный вздох, и, обернувшись, я увидела, что надо мной стоит навь в боевой форме и таращится на призрака.

Это Стервочка про свой долг по защите маленьких мавок вспомнила, что ли?

– Ш-ш-што ты нес-с-сешь? – прошелестел дух.

– Скажешь, что я не прав? – хмыкнул Алин и внезапно прыгнул вперед, атакуя замешкавшегося гада.

Тут же наперерез лису, разевая пасть с острыми клыками и раздув капюшон, бросилась сторожевая кобра призрака, но, напоровшись на клинок лиса, развеялась безобидным туманом. Та же участь постигла и двух ее товарок. Секунда, и один из ножей из горного хрусталя после краткого полета вонзился в эфирное тело духа. Призрак пытался его перехватить, но туманное щупальце не смогло прикоснуться к заговоренному оружию.

На этом игры кончились. Неведомая сила отшвырнула моего лиса и впечатала в крону дерева. Алинро пролетел ее насквозь, ломая мелкие и средние сучья и ударяясь о крупные. Тяжело упав на землю, лис едва слышно застонал. Я попыталась метнуться к нему, зашипев от боли в сломанной руке, но передо мной непреодолимой преградой выросла навь.

– Не глупи, Невилика!

– Пропусти меня!

– И что ты сделаешь? – раздраженно махнула хвостом серая псина. – Ты сейчас ничем ему не поможешь, только отвлечешь! Не вмешивайся!

Попытка пробиться силой ничего не дала. Таль лишь откинула меня в сторону большой лапой, беззлобно проворчав:

– Ох уж эти молоденькие глупышки… раньше надо было кидаться на шею своему герою!

Прерывая наш занимательный диалог, со стороны духа-убицы раздался зловещий хохот, и мы с навью дружно заинтересовались тем, что же так развеселило нашего врага. Как оказалось, призрак решил театрально посмеяться перед решающей атакой. Результативной атакой…

Сучья и ветки, которые осыпались на траву, засветились мертвенным зеленым светом и неслышно поднялись в воздух и ринулись в сторону только-только пришедшего в себя лиса. Все отразить было просто нереально. Он вертелся волчком, отбрасывая зачарованные стрелы, но их было слишком много, и те, что не перерубались хрустальным кинжалом, а просто откидывались, – разворачивались и снова атаковали.

Итог был предсказуем. Спустя десяток секунд в грудь Алина вонзилась первая зачарованная стрела. Нар-Харз пошатнулся, злобно оскалился, но расплатился за замешательство еще несколькими ранами. Они засветились снежно-белым светом, напитываясь силой северного демона, и стоило привидению повести ладонью – выскользнули из тела Алина. Куски дерева осыпались на землю, а энергетические сферы поплыли к духу.

Водяной, что же теперь делать?! Как помочь?!

В следующий миг я поняла, что о помощи думать рано, – надо поразмышлять о своей участи.

Наш противник неистово взвыл и развернулся ко мне:

– А теперь моя мавочка… Скучала, дорогая?

– Безумно… Все ждала, когда же ты, прелестник, мне внимание уделишь.

В этот момент я поняла, что злюсь. Искренне, сильно, так, что душу затапливает ярость, вытравливая все остальные эмоции. Мне всегда казалось, что я не умею ненавидеть. Ведь я не смогла испытать этого даже после всего, что я вытерпела от родственников, от братьев Нар-Харз, да и просто студентов-сокурсников, которые не переминули поиздеваться над новенькой, которая намного отставала по знаниям от основного потока.

А сейчас, глядя на поляну, по которой стелился туман, некогда бывший Ильсором, а на траве валяется тело великого и страшного умертвия, я ни капли не боялась ту тварь, что умудрилась с ними справиться! Я видела, как лежит на земле мужчина, которому я так и не успела ответить взаимностью… Водяной, да я даже не успела определиться, хочу я видеть в своей жизни Алина, или нет! Да чтобы у меня, у княжны-мавки, кто-то посмел увести мужика, даже на встречу с Последней Странницей?! Не бывать тому!

– Да я сама тебя сейчас по эфирным запчастям разберу, – коротко рыкнула я, медленно поднимаясь и придерживая больную руку. Кстати, судя по тому, что она все же слегка шевелилась, – перелома не было. Просто сильный ушиб и, возможно, трещина в кости. А значит, все не так страшно.

– Си-и-ила… море силы! – завел старую пластинку настойчивый гаденыш и неторопливо поплыл ко мне, шевеля призрачными щупальцами и всячески демонстрируя свои плохие намерения. Видимо, чтобы никто не сомневался в том, что он не конфетами меня одарить летит, призрак начал перечислять, что конкретно он собрался сделать. – Я окутаю тебя, проникну в самую суть, заберу все то, что отдал Водяной такой глупой девчонке. И найду более достойное применение…

Я покосилась на Черного Принца, рассчитывая, что он поймет, что дальше отвлекать привидение невозможно по чисто техническим причинам. Мне резко захотелось швырнуть куда подальше поднятое за Алином знамя  «переключи огонь на себя и выиграй время для ректора» и стратегически отступить.

Но, увы и ах, Эдан Хрон на меня не смотрел, а по-прежнему что-то ворожил со своими черными нитями, на которых появлялось все больше и больше звездочек, но вот никакой пользы от этого пока не наблюдалось.

Оставалось только одно. Утопить мерзавца в том, что он так хочет. Я закрыла глаза и, поежившись, начала делать то, что строго запрещалось всегда и везде. Я снимала барьеры с моей силы, позволяла ей просачиваться в мир, и отдавала ей всю свою ненависть к тому, кто парил сейчас совсем рядом. Смять, раздавить, снести!

Под закрытыми веками начали сверкать искры, и я ощущала, как энергия разливается вокруг, закручивается жгутами… жжет, испепеляет моего врага.

Что-то подсказывало, что я сама после этого умру, но мне вполне может и повезти. Как минимум – помру я от истощения и в тепле, а не от того, что меня соржут и не подавятся!

Сила, и правда… для призраков как вода. Если учесть, сколько времени я запирала свою суть, свою силу, расходуя только крохи, я действительно была сейчас морем.

Открыла глаза и, глядя на застывшего, как муха в янтаре, призрака, лишь рассмеялась. А потом… черная паутина со звездами налилась светом, который словно впитала из пространства, напоенного моей силой, а потом взметнулась в воздух и опутала злодея. Теперь он напоминал муху в паутине, к которой неторопливо приближался паук-ректор и, судя по его нехорошей улыбочке, сейчас что-то будет.

Надо признать, я рассчитывала на то, что вражину поганого, который извел лучшую команду бойцов, ректор сейчас станет медленно пытать за все хорошее. Ну и заодно, согласно традициям жанра, наш умный друг со склонностью к серийным убийствам порадует общественность своими злодейскими планами.

Но, как выяснилось, Эдан Хрон не был приверженцем традиционных ходов! Он вообще не был настроен разговаривать. Черная паутина все туже пеленала духа, звезды сверкали невыносимо ярко, так, что было больно смотреть, и, не выдержав, я опустила взгляд. Когда сделала над собой усилие и вновь посмотрела, то успела заметить лишь туманный шар, который сжимался все больше и больше, метался в объятиях агатовых нитей, льнул к земле, пытался выбраться. Ректор непреклонным монументом стоял в нескольких метрах от агонизирующего призрака и с каменным лицом стягивал сеть. Миг, яркая, словно взрыв звезды, вспышка! И я с болезненным шипением зажмурилась. По глазам словно раскаленным кинжалом полоснули! Как же больно…

Настала тишина. Такая, что даже ветра не было слышно. Гробовая. И в ней почти набатом прозвучал голос ректора:

– Ну вот и все…

Робко приоткрыла ресницы и, убедившись, что зрение не пострадало, с удивлением уставилась на словно истлевший круг в центре полянки. Трава даже не пожухла… она сгнила. Мой растерянный взгляд скользнул по ректору, который сейчас ходил вокруг странными зигзагами и наматывал туман на какую-то палочку. Притом Черный Принц ругался на своего заместителя и обещал, что если он сейчас окончательно сдохнет, то и на том свете покоя Ильсу не будет. Сибэль пошевелился и чуть слышно застонал. К нему тут же метнулась Таль и села возле тела поверженного начальства. Оное, матерясь, на чем свет стоит, схватило навь за холку и попыталось встать.

 

Медленно, словно боясь, я наконец взглянула на Алинро Нар-Харза. Из груди вырвался тихий всхлип и, собравшись с силами, я медленно, хватаясь за каждое дерево, пошла к нему. В полуметре от распластанного по траве лиса, который казался болезненно бледным, выдержка меня оставила, и я осела на землю. Нерешительно протянула руку, коснулась острых скул, изящного носа, красивых губ… пропустила меж пальцев шелковистые волосы. Ощутила, как по щекам покатились горячие, обжигающие кожу капли.

– Не смей… – севшим голосом прошептала, неверяще глядя на алые пятна крови на одежде моего лиса. – Алин, не смей умирать!

Тишина…

Все же навь была права, и нужно было ценить то, что было. И благоволить лису, когда он был жив и здоров, а не когда он почти концы отдал.

Прерывистый вздох и очередной всхлип я не смогла сдержать, как и лихорадочный шепот.

– Лис… ну, лис. А как же девять жизней и прочее?! Вас же, подлецов многохвостых, почти нереально убить! Ты не можешь так просто… так просто меня бросить!

Хриплый голос Нар-Харза, заставил вздрогнуть.

– И не мечтай, мавочка моя… ты так просто от меня не избавишься. А девять жизней у кошек. Не путай.

– Алин! – не сдержавшись, я наклонилась и порывисто его поцеловала.

Поцелуй затянулся, но в этот раз я не забирала силу, а отдавала остатки своей. Все же энергия мавок сродни энергии жизни, и она поможет ему восстановиться.

О чем я и сообщила Нар-Харзу, как только отстранилась. Да-да, это была попытка оправдать первый порыв!

– Нэви… хоть сейчас не нужно мне в глаза врать.

Лис схватил кончик моей пряди, выбившейся из хвоста, и потянул к себе, заставляя вновь прижаться к нему губами.

Когда все закончилось, я смущенно отвернулась и попыталась сосредоточить внимание на том, что происходило вкруг.

Например, на «сборе» Ильсора…

 

Я нервно хихикнула, так как конкретно мне реанимация великого и могучего Главы Ассамблеи очень напомнила наматывание сахарной ваты.

– Водяной в помощь! – пожелала я ректору содействия богов в таком нелегком деле.

– Благодарствую, – не глядя на нас кивнул Эдан.

Потряс своей палочкой, которая оказалась расписанным странными символами жезлом, и рявкнул:

– Ильс, хватит растекаться по поляне! Расслабился тут, понимаешь ли… Ты мне нужен!

Туман вокруг ректора закручивался клубами, свивался спиралями, и в один миг мне даже почудились в нем не особо приличные гоблинские руны, символизирующие посыл далеко и надолго. Но, судя по всему, это почудилось не только мне.

Эдан Хрон нахмурился и, швырнув в самый центр белесой завесы свою «волшебную палочку», рыкнул:

– Ильс, сейчас не время для шуточек! Немедленно… приди в себя!

Я, не в силах стоять даже на коленях, обессиленно опустилась на землю, подавив желание лечь на такую манящую траву и закрыть глаза. Так хотелось всего на минуточку… даже секундочку, смежить веки и просто не быть. Ведь это никому не повредит.

Сама я это сделать не успела. Просто тело стало ватным и слабым, а ресницы опустились сами собой. Последнее, что я увидела, это то, как браслеты на руках ректора полыхнули призрачным светом, и туман свился смерчем, из которого соткалась долговязая полупрозрачная фигура Ильсора. Видимо, как и просило чернобурое хвостатое начальство, призрак… пришел в себя, хих!

На плечи легли чьи-то руки, и, повернувшись, я слабо улыбнулась Алину.

– Что-то мне… плохо, – вынуждена была признаться я, медленно опускаясь на землю и последним полубессознательным усилием прижимаясь к боку моего лиса.

– Перенапряглась, – прошептал тот, прижимая меня еще ближе и укрывая хвостом. И уже почти неслышным эхом донеслось: – Невиличка… Солнышко мое болотное. Все будет хорошо, милая.

И я поверила. Как не верить тому, кто так обнимает и так называет?

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *