Факультет интриг и пакостей 2. Охота на мавку

Факультет интриг и пакостей 2. Глава 9

Факультет интриг и пакостей 2. Глава 9
О том, что все не так просто, как кажется!

 

 

Пока я неторопливо шла, подивилась тому, что охрана периметра Академии все еще не явилась из своего загадочного путешествия по не менее интригующему хыр-ли шеру. Право, мне даже захотелось потом кого-нибудь расспросить, как там было. Правда, я почти уверена, —  подробностями меня не порадуют! Народ не особо любит распространяться об унижениях. Почему об унижениях? Лично я сомневаюсь, что хыр-ли шер расположен на островке в теплом море в санатории с полным пансионом!

Дошла до общаги. Почти все девушки реагировали нормально и ровно, хотя некоторые сверлили нехорошими взглядами и демонстративно теснили к стене, если мы пересекались в узких коридорах. Вот поганец Грэг, а?! Когда он столько баб осчастливить успел?!

Но это было еще не все.

Знакомые и не очень парни уступали мне дорогу, и даже придерживали дверь перед «сладуркой Грэгори!».

«Сладурка» медленно, но верно бесилась. За такую подставу жутко хотелось проредить пакостнику шикарную шевелюру! Короче, если остальные студенты жили весело только от сессии и до сессии, то я, чувствую, стану «веселиться» круглый год! Если выживу, конечно.

Наконец, дошла до нашей двери и, быстро закрыв ее изнутри на замок, с облегченным вздохом прислонилась к стене.

— Привет, Нэви, — раздался сосредоточенный голос Айлири и скрип перьевой ручки по бумаге. – Как отдохнула?

Я честно задумалась, соображая, как же покорректнее обозвать рандеву с навью и нечистиком.

— Эм-м-м… информативно и познавательно! – наконец определилась с характеристикой недавней встречи я. – А ты что делаешь?

На столе перед дриадой лежал большой свиток, исписанный мелким почерком. Такой… смутно знакомый свиток.

— А я пополняю список требований к моему парню.

— Пятидесяти четырех пунктов оказалось недостаточно?!

— Ну… я решила их пересмотреть! Что-то вычеркнуть, что-то добавить…

— Интересно. — Я прошла к столу и, по дороге кинув на постель плед, но так и не выпустив из рук книжку, встала около подруги. – Ты собралась на свидание?

— Пока нет, — старательно выводя новый пунктик договора ответила Айлири. – Но вдруг пригласят, а я не готова?!

Я глубокомысленно промолчала. Да… все нормальные девчонки прихорашиваются, наряжаются и красятся, а соседушка у меня составляет списочек. Ладно, у каждого свои завихрения в мозгу! Кто я такая, чтобы осуждать чужие?

В этот момент Айлири, наконец, отложила перо, свернула свиток и уставилась на меня. Потом на мою книжку с поэтическим названием «Эльфийская страсть в терновнике». Почему в терновнике, я так и не поняла. Этот куст рос на дальнем конце воображаемого автором сада и фигурировал лишь один раз. Когда охваченный страстью Энрикоэль попытался туда завалить финансово несостоятельную, невинную и очень-очень несчастную горничную Машузель. И Энрикоэль и Машузэль проиграли битву колючему кусту и вырвались от него с потерями и боевыми ранами, оставляя на иголках растения куски одежды. Романтика, короче! А потом еще бедный Энрико получил от своей зазнобы пощечину, после чего бедная Маша унеслась в слезах, а эльф остался нецензурно выражать отношение к ситуации.

На этом моменте я поняла, что книжка все же написана с некоторой долей реализма! Не бывает воспитанных и тактичных остроухих! Разумеется, если они не политики или дипломаты. Я слышала,  в Вечном лесу есть даже специальные курсы, называются: «Как обманывать и скрывать свое честное мнение». Их проходит вся эльфийская молодежь перед выходом в большой мир.

Но вернемся к «Страсти в терновнике»!

— Нэви, что ЭТО такое?!

— Ну-у-у… литература?

— Думаешь?!

— Думаю, — решительно заявила я, крепче прижимая к себе потрепанную книженцию. – Айли, ну это для отдыха мозга. Что плохого?

— Это для разжижения мозга, — категорично заявила девушка.

— С моим все в порядке, — примирительно ответила я, и скорее спрятала романчик от греха подальше.

— У меня есть некоторые сомнения на сей счет!

— Айли, глядя на твой договор в пятьдесят четыре с гаком пункта, меня тоже терзают смутные сомнения!

— Это разумная предосторожность, — наставительно подняла она вверх указательный пальчик, и в свете солнца на розовом ноготке блеснул лак и какой-то странный узорчик.

— Оп-па! – Я, как и любая девушка, была редкостной сорокой касательно всего необычного и симпатичного. – А что это такое?

— Новая техника, — важно ответила мне дриада, тоже забыв про свои дела, и мы погрузились в обсуждения.

Все же, девушки — это такие девушки!

Да, я не совершенна. Да, я не крушу всех в капусту, не самая лучшая на потоке и не претендую на гениальность. Да, меня, как и любую девочку, интересуют красивые вещи и сказки о любви, даже если я сама иронично фыркаю при их прочтении.

Я обычная. Я настоящая. И, наверное, оставаться собой и не скрывать от близких маленькие недостатки — это одна из самых главных ценностей.

 

Остаток вечера прошел более познавательно, чем день. Я с головой зарылась в учебу, и, к счастью, материал замечательно укладывался в отдохнувший мозг. Вкусный чай дриады с тремя ложками сахара усиливал скорость мысли, так что я успела немало сделать.

Забежал Грэг. Дверь демонстративно не закрыл, громко сказал, как он скучал, и далее по тексту. Меня посетили нехорошие мысли об ограниченности словарного запаса пакостника. Как-то… словно по шаблону! Никакой оригинальности! Впрочем, судя по завистливому полустону из коридора, так считали не все.

Дверь закрылась, с лица Грэгори почти сдуло развратно-дебильное и влюбленное выражение, и я облегченно выдохнула. Вот же актер, а?! Кстати, говорить о том, что я знаю, на кого он работает, или не стоит? Наверное, пока придержу информацию… она-то точно есть не просит.

В отличие от приятеля!

— Итак, девочки… — Парень прошествовал к моей кровати и присел на краешек. – А нет ли у вас чего поесть?

— Что же ты вечно голодный такой?!

— Так получается, — скорбно вздохнул парень, хитро посверкивая черными глазами. – И вообще, от титанического напряжения головного мозга, который пашет круглые сутки и без перерывов, мне постоянно хочется есть, и это закономерно!

— Проглот, — припечатала его Айлири, но со вздохом пошла к холодильному шкафчику.

— Вообще-то я тоже не с пустыми руками. — Грэгори выудил из-за пазухи две плитки дорогого шоколада. – Я не знал, какой вам больше нравится, а потому взял и белый, и черный.

— Спасибо, — поблагодарила его я, вставая из-за стола и присаживаясь рядом. – Грэг…

— Что? – вскинул черную бровь парень, повернувшись ко мне. Я в который раз поразилась тому, насколько у него живое, подвижное и эмоциональное лицо. Видимо, обаянием и берет, потому что красивым нашего грача даже с крайнего перепуга не назвать.

– Прошло ли воздействие от укуса?

— Да, все уже почти в порядке, не переживай!

— Отлично. — Медленно кивнула, и серьезно глядя на парня, закончила: – Тогда мне кажется, что ты заигрался в наши… отношения.

— Есть немного, — не стал возражать Грэг, одновременно открывая упаковку шоколадки. – Но видишь ли, Нэви… у меня в этой ситуации своя выгода.

— И какая же? – уставилась на парня, не скрывая скепсиса.

— Устал я, — немного подумав, отозвался пакостник и глубокомысленно закончил: – От баб…

Замечательно!

— А я тут причем?

— А ты моя официальная причина, по которой я веду себя прилично, — с охотой ответил он и кивком поблагодарил дриаду, которая поставила на стол чашку чая и тарелку с бутербродами. – И я в тебя так безумно влюблен, что робею даже пальцем прикоснуться! Вот как раз вчера мы с парнями сидели, и все очень удивлялись тому, что у нас ничего нет.

Надо признать, на этом моменте я зависла и с прискорбием поняла, что прославленная мужская логика — это не для меня!

— И тебе поверили?

Парень грустно усмехнулся.

— Поверили. Видишь ли, Нэви… я принадлежу к тому «счастливому» типу парней, которые в нормальной жизни и пока не влюблены, очень популярны, активны и разговорчивы. Но если появляются серьезные чувства… эх… То, что такие бзики у меня случаются, друзьям известно. Поэтому они посочувствовали, налили еще стопку универсального лекарства, но не удивились.

Мы с Айлири молчали и долго смотрели на этого уникума.

— И у многих парней такое?

— Ага, — покивал пакостник, вгрызаясь в бутерброд с ветчиной и сыром. — Стоит влюбиться – отказывает мозг, красноречие и здравый смысл. Следовательно, девочки, если кто-то ведет себя рядом с вами, как полный кретин, то знайте – у вас появился поклонник.

Я прикинула, сколько вокруг полных кретинов, и поняла, что в Академии невероятно влюбчивая молодежь!

— Спектакль все равно придется прекращать. Ты же помнишь о вампире? Так вот, я должна быть свободна, для того чтобы его увлечь.

— Ты должна быть невинна! А то, что ты не знала мужчин, этот спец наверняка почует и сам. Как я слышал, у вас, мавок, даже запах неуловимо меняется после того… ну, ты поняла.

— Эм… – Я задумалась. — Тогда почему Нар-Харз говорил…

— А вот это спроси у лиса, — перебил меня Грэгори. — И вообще, если хочешь знать, для вампиров наличие конкурентов всегда было показателем качества девушки!

Веселая ситуация. Но идти к куратору и выяснять, какого Лешего он меня опять дезинформировал, как-то не хочется! Тем более Алинро Нар-Харз, скорее всего, уже уехал из Академии. К брату его с такими вопросами тоже не подойдешь. Хотя… почему нет? Они же оба этот план составляли, да и меня оставили на попечение Шарриона, а значит, его и стану трясти.

Тем временем Айли сделала бутерброды и для нас, поставила передо мной чай и села напротив, зябко обнимая свою чашку длинными музыкальными пальцами.

— Кстати, Невилика, рассказывай, как твое рандеву с белохвостым прошло! — решительно потребовала дриада, потянувшись к плитке белого шоколада.

Я вздохнула и все изложила.

— Козел, прости, Лес, — пробурчала подружка, когда я закончила. — Нет, ну как можно было так себя вести?!

Грэгори обуревали несколько иные эмоции.

— Козел-то козел… с женской точки зрения. А вот как интриган, он оправдывает красный диплом! Какая комбинация, какая психологическая выверенность и достоверность! Все как по нотам! — Восторженный студент закатил глаза к потолку, потом посмотрел на хмурых и недовольных нас и торопливо добавил: — А так-то гад, конечно, гад. Просто редкостный.

— Безжалостная личность без капли сочувствия! — непонятно кого именно обозвала Айлири и вернулась к поглощению вкусняшки.

После того, как с трапезой было закончено, Грэг решительно провозгласил, что у нас начинается новый этап! Занятия. И еще раз занятия, и снова занятия.

Мы не возражали и, открыв учебники, стали внимать временному репетитору.

Не знаю, чья это инициатива — Грэга или Ильсора, но в любом случае спасибо.

 

 

Академия Триединства

 

 

Предрассветный сумрак окутывал корпуса общежитий, туман стелился между парковыми аллеями, стекал в низины, где располагались боевые полигоны, едва заметной дымкой подкрадывался к древним стенам. Обычный туман.

Но в нем так легко спрятаться духу.

Новая ночь, и очередная охота ничего не дала ловцам. Только в этот раз все было тихо. Никаких жертв, никаких убийц, нет даже следа проклятого призрака!

Сибэль неторопливо шел по дорожке, алый плащ стелился по влажным камням, тени плясали на сером лице умертвия. За своим господином неслышной тенью скользила навь в боевой ипостаси.

Чуть в отдалении от них неторопливо шел, словно крался, Алинро Нар-Харз. Грязно-серая одежда, капюшон на голове, плавные движения профессионального разведчика. По карманам военной разгрузки амулеты и артефакты, а личный резерв все еще полон. Этой ночью он расходовал его лишь на поиск.

Трио вышло из-под сени деревьев, и Сибэль вскинул голову, с прищуром глядя на первые краски рассвета. После развернулся и, рубанув по воздуху ладонью,  зло рыкнул.

— Снова пусто!

Алин догнал своего спутника и с легкой иронией посмотрел на него.

— Я вижу, тебя раздражает эта ситуация.

— Зато тебя, как я посмотрю, исключительно радует, — хмыкнул некро-эльф, но все же неохотно пояснил. — Конечно, раздражает! Я в ответе за Академию Триединства и, разумеется, меня бесит, что тут завелась какая-то непостижимая тварь, которую я не могу поймать. Я!

Лис не удержался и усмехнулся, а после вильнул пушистым хвостом.

— Судя по твоим словам, вас, бывший Король Нежити, задевает скорее то, что в Академии завелась тварь еще более непостижимая, чем вы сами!

— Иронизируем?

— Размышляем. — Нар-Харз пожал плечами, не дрогнув под красным взглядом высшего умертвия.

Сильнейшего из ныне живущих… Хотя «живущих» это слишком сильно сказано! Скорее «из ныне недобитых»!

Навь тихо стояла в стороне, прислушиваясь к звукам предрассветного мира и не собираясь влезать в диалог. Стервь прекрасно знала своего господина. И понимала, похвалят или не очень далеко пошлют за несвоевременные едкие комментарии, а можно и на неприятности нарваться. Нежить бессмертной себя не считала и потому к хозяину сейчас предпочитала не лезть. Он, конечно, потом расстроится, что окончательно прибил верную Таль, и с почестями похоронит… но самой нави какой уже с этого прок?

Сибэль перестал сверлить Алинро взглядом и со вздохом запустил ладонь в серо-серебристые волосы.

— Это не смешно, Нарз-Харз. Хотя бы потому, что я крайне редко сталкивался с кем-то… Как ты выразился?  Еще более непостижимым, чем я…

— И кто это был?

— Всякий из них мог половину этого города с лица земли стереть, — тихо ответил упырь. — Играючи, Алинро… играючи.

— Например? — Кицунэ изобразил живейшее любопытство, изогнув хвосты и прижав к голове видные в боевой ипостаси уши.

— Ты и сам знаешь о ком я, верно? За примером далеко ходить не надо, — нахмурился Сибэль и, ускорив шаг, свернул на аллею, ведущую к главному корпусу Академии.

— Ильсор Дершворт… Но, Сибэль, он вне подозрений. Ильса контролирует ректор.

— Даже Эдан Хрон мало что может противопоставить сущности такого уровня, — отрывисто сказал упырь. — И хотя Ильсор мертв… он не безвреден.

— По-твоему, клятва верности и браслеты подчинения ничего не значат?

— Обойти можно любые ограничения. Тем более с опытом этого призрака. Да и времени у него в запасе было немало. Столетия!

Сибэль высказался и теперь лишь хмурился, размашисто шагая по дорожке. Алин двигался чуть позади и размышлял.

Гробовую тишину немного разбавлял шум листвы в кронах над головами мужчин и редкие птичьи трели. Рассвет – пора молчания. И этому завету следует даже природа.

— Знаешь, Сибэль… — наконец, начал лис осторожно подбирая слова. – С одной стороны, твои обвинения не голословны. Мы, и правда, столкнулись с чем-то очень странным и невероятным. Среди духов в этой Академии на подобное способен лишь Глава Ассамблеи привидений.

— Вот! – Эльф вскинул руку, останавливаясь так резко, что навь едва не налетела на господина, по пятам которого следовала.

— Я не договорил, — мягко продолжил интриган и внутренне поморщился, понимая — его слова не будут приятными для умертвия. — А с другой стороны, в Академии только ленивый и глухой не знает, что вы с Ильсором как при жизни друг друга терпеть не могли, так и после смерти не изменили отношения. Вдобавок, по рабочим вопросам нередко конфликтуете. Потому… при всем моем уважении к твоему чутью… на данный момент я не вижу весомых подтверждений его виновности. И ректор тоже, ведь Ильс все еще правая рука дяди.

Лис оказался прав в своих предположениях. Упырь медленно развернулся к нему и, сложив руки на груди, заговорил:

— Вообще, Нар-Харз, мне странно слышать от тебя оправдания для Ильсора. Если вспомнить о том, что как раз у тебя с ним конфликтов было тоже немало.

— Немало, — покладисто признал Алин. – Я просто пытаюсь рассуждать логически. А ты почему-то категорически не желаешь этого делать, зациклившись на кандидатуре этого призрачного недобитка.

Некро-эльф оглянулся и, заметив в паре шагов от себя скамейку, присел на нее. Вытянул длинные ноги, откинулся на спинку и устало закрыл глаза. У ног Мертвого короля растянулась навь, положив морду на лапы, и тоже смежила веки. Теперь из-под них лишь изредка сверкал алый взгляд, показывающий, что нежить может и расслаблена, но за ситуацией следит.

Алин садиться не стал. Оперся бедром о дерево, задумчиво наблюдая за своим товарищем по облаве. Надо заметить, что смотреть на упыря ему нравилось. Особенно когда Сибэль был почти при полном параде. Легкие доспехи, рубашка цвета венозной крови, тяжелый бархатный плащ, который красивыми складками спускался на землю. И неизменная Таль рядом. Огромная, игольчатая, хищная и очень верная тварь.

В чем-то Алинро даже завидовал упырю.

Отголоски древности.

Сибэль тем временем потянулся, а после наклонился вперед, и устало сгорбился. Поднял руки, с нажимом потер виски и неожиданно заговорил.

Тихо и как-то… обреченно.

— Просто потому, что иных я, и правда, не вижу. И я, в отличие от тебя, прекрасно понимаю, что будет со всеми в этих стенах, если у правительства появится шанс прижать Хрона. А убийства в Академии Триединства – поистине благодатная почва для того, чтобы лишить Академию лицензии! Поэтому мне, моим подчиненным, темным домовым, призракам… да и тем, кто тут скрывается, придется выйти в большой мир уже без протектората ректора. Догадываешься, насколько далеко мы уйдем?

Навь зевнула, встопорщила более тонкие иглы на загривке и тихо добавила:

— В Академии крайне мало тех, кто сможет выстоять против толпы. Нас перебьют по одному, стоит рухнуть устоявшемуся порядку.

Алин послушно представил все описанное и усомнился в том, что все будет до такой степени плохо.

— Ты уверен, все настолько фатально?

— Уверен. Одно время я увлекался аналитическими играми. И, разумеется, не мог обойти своим вниманием такой титан как Академию Триединства. Тем более я тут проживаю, и мое спокойное посмертие зависит от благополучия этого достойного заведения.

— Не надоело еще жить в сытости и спокойствии? После такого-то бурного прошлого.

— Именно. — Упырь поднял палец вверх. – Именно, бурного. Я отдыхаю. У меня пенсия, можно сказать! По возрасту она точно вроде бы положена…

— А теперь, как всякий порядочный старикашка, ты заинтересовался политическими течениями? – ехидно спросил Алин, наконец, отлепляясь от своего дерева. – И да, я не совсем понимаю, куда ты клонишь!

— Да собственно, это были мысли вслух, мой белохвостый друг. — Сибэль пристально посмотрел на лиса. – Мысли вслух… О том, что я, как и любой порядочный старикашка, очень не люблю перемены. Особенно к худшему.

— Зачем ты мне это говоришь?

— А просто так. — Серые губы некро-эльфа растянулись в очень нехорошей улыбке. – Снова… мысли вслух Алин. О том, что ту сволочь, которая расшатывает устоявшийся порядок, я разберу по молекулам, если это кто-то нематериальный, и лично сожру, если там есть над чем надругаться на физическом уровне. Какие бы замечательные… или отвратительно-замечательные отношения нас не связывали.

Не понять подтекст тут было трудно.

И сейчас Алинро Нар-Харз ощущал холодный азарт, ведь одним из «расшатывателей порядков» является он сам. И в его случае, как раз было над чем «надругаться на физическом уровне»…

Но некоторое замешательство, разумеется, не помешало краснодипломному интригану уставиться на упыря кристально честным взором и возмутиться:

— Согласен! Я сам не знаю, что с этими гадами сделаю!

— Как хорошо, что мы друг друга понимаем, — умилился Сибэль. – А уж как схожесть мыслей радует – вообще не передать!

Алинро же было несколько грустно. Так как, с одной стороны, начальник внешнего периметра охраны Академии с обещаниями расправы… а с другой — собственный Пустынный гад в руководящем кресле, который также обещал нехилые измывательства опять же на физическом уровне, если лис завалит дело.

М-да… это называется «вилка». Подвид – классическая.

Куда не дернись, везде как-то нерадостно.

Впрочем, как ни странно, Нар-Харз ощущал лишь злой азарт,  несмотря на «радужные» перспективы быть или мирно закопаным под розочками, или лично съеденным его дохлейшеством Сибэлем.

Так как упырь сказал все, что хотел, он неторопливо поднялся и, размяв плечи, миролюбиво предложил:

— Пойдем, что ли? Совет скоро начнется. Опаздывать нежелательно.

Алин лишь кивнул и быстро нагнал упыря.

И они ушли. В рассвет!

 

Через пару минут Алинро словно невзначай проговорил.

— Сибэль… у меня есть небольшая просьба.

— Слушаю.

— Как ты знаешь, если мы не поймаем эту сволочь за каникулы, то придется охранять наиболее интересных для духа-убийцы учеников. В их число входит мавка Невилика Подкоряжная.

— Твоя строптивая болотная привязанность? – хмыкнул некро-эльф. – Хорошо… К чему ты клонишь?

— Я хочу, чтобы ты предложил кандидатуру Стерви на роль охранницы. Ну, а я уже устрою так, чтобы ее распределили именно к Нэви.

— Я согласен. Но будешь должен.

— Кто бы сомневался… — вздохнул Алинро, прикидывая, чем придется расплачиваться за помощь этого умертвия.

— Кто бы сетовал! – возмутился такой несправедливости упырь. – Ты-то вообще ничего просто так не делаешь!

Мужчины несколько секунд сверлили друг друга демонстративно возмущенными взглядами, а после хлопнули друг друга по плечам и продолжили путь в Академию.

 

На Совете они не узнали ничего нового.  Все тихо, мирно и подозрительно спокойно.

Словно и не было никакого призрака с замашками серийного маньяка.

Только трупы в морге свидетельствовали об обратном.

 

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *